Интересная, конечно, у них дружба, больше напоминающая отношения без обязательств.
— Юль, я слышу, что ты не спишь, — она чуть с кровати не свалилась, подпрыгнув от неожиданности.
— Я сплю, — решила пойти в отказ и крепко зажмурилась. — А ты чего бродишь? — открыла один глаз, чтобы различить в потемках большую фигуру мужчины.
— Пойдем, чаю попьем, — до ее лица долетело теплое дыхание пригнувшегося Травкина.
Юля просто кивнула. Посмотрела на спящего Костю. Укрыла его выставленную ногу одеялом. Поцеловала сжатый кулачок, с откинутой на подушку руки.
Дотронулась кончиками пальцев до волос дочери. Вздохнув, стала выбираться с нагретого места.
Одернула бомбер теплой флисовой пижамы розового цвета, низ которой заканчивался штанами. Всунув ноги в тапки, Юлька пошаркала на кухню. Там стояла расправленная раскладушка, где должен почивать полковник, но на ней даже подушка не смята.
Скромно присела на стул, сложив руки на колени и щурясь, еще не привыкшими к свету глазами, посмотрела на Сергея.
Тот с какой-то отеческой печалью стал говорить с ней, чуть наклонив лысую голову на бок:
— Ты хорошая девочка, Юля.
— Недостаточно хорошая для тебя, Сереж, — вернула ему «пас», опустив глаза в темные «воды» чая.
Обхватив горячую чашку двумя руками, сделала глоток. Фыркнула и добавила еще одну ложку сахара. Добавив, поняла, что не в сладости дело — горько где-то изнутри. Противно от самой себя, что любимый мужчина ее не принимает, втирает какую-то ересь.
Травкин в чем ее пытается убедить? Что они не пара? Как Дельфин и Русалка.
Красавица и Чудовище. Как белое и черное…
Конечно же, все люди разные! Было бы забавно, найди Сереженька себе женщину под стать — лысую, с большими ручищами. Курили бы вместе и мерились силушкой на кулаках. И секс… Б-р-р-р! Дебильное сопоставление. Чуть не передернуло от того, куда ее богатая фантазия завела.
— В том и дело, Юль, что тебе нужен нормальный мужик, а не такой, как я. Урод, — заворочал челюстью. Самому сравнение не зашло? Да? Она не знала, как правильно реагировать на самокритику.
— Уговорил. Познакомь меня с нормальным. Полностью доверюсь твоему вкусу. Поимел женщину сам, дай рекомендацию другому. В письменном виде характеристику, — ерничала она, глядя на угрюмое лицо своего упрямца. — И…и… вообще! Что ты прятал в багажник? Я все видела! — вздернула нос.
— В смысле… В какой багажник. Когда? — в серых глазах появилась настоящая растерянность, а затем тревога.
— Эм.
