"Ольга Рог
Я тебя никому
Роды были тяжелыми. Семь часов боли и вот моя кровиночка у меня на руках. Тянусь за телефоном и делаю фото. Отправляю своему мужу. С Никитой мы не расписаны официально. Живем вместе уже три года без штампа. Любовь не на бумаге — повторял мне мой мужчина, когда я делала намеки, что не против перейти в разряд официальной жены.
Ответа нет. Проходит час, другой. Пытаюсь дозвониться. Сбрасывает. Сильно занят? Он стал отцом замечательной девочки — что может быть важнее? Наконец, вижу входящий от Никиты.
— Ты должна написать отказ! — звучит голос мужчины, которому я верила, как себе.
— Почему? — не верю в происходящее.
— Такой ребенок нам не нужен!
— Какой? — не узнаю свой голос. В горле ссадит от крика, который хочет вырваться наружу.
— Мне уже сообщили, что у ребенка порог сердца и много еще чего. Сашуль, у нас будут еще дети…
Телефон выскальзывает из рук и отрикошетив от края кровати, сбрякивает на пол.
Ощущаю себя эпицентром взрыва, где сдетонировало мое сердце, разлетевшись на осколки.
Ошметки души прилипли к потолку и жалобно пищат, сливаясь в гул в моих ушах. Если бы я не лежала, то рухнула на месте. Но падать дальше не куда. Я на дне собственного краха и веры в людей.
Словно почувствовав мое состояние, малышка начинает плакать. Тянусь к люльке, стоящей рядом. Подхватываю за голову и попу, прижимаю к себе.
— Мама с тобой, солнышко! Мама тебя никому не отдаст! Да, я убью любого, кто попытается отнять тебя у меня.
Даю грудь. Поглаживаю пальцем маленькую щеку, которая движется при причмокивании.
Поднимаю голову на открывшуюся дверь в мою вип-палату. Мелькает в мозгу, что это оплатил Никита… Выгнать сейчас не должны.
— Подпишите? — холодные глаза зав. отделением режут по живому.
— Я ее не отдам! — цежу зло и крепче обнимаю ребенка, закрыв руками, в знак защиты.
Взгляд врача меняется. Она задумчиво переводит глаза в окно:
— Ваш муж звонил. Сказал…
— Он мне не муж! Он нам теперь никто! Ребенка не отдам, слышите?! Ничего не подпишу! — стараюсь не сорваться на крик, чтобы не испугать Свету.
Это будет Света! Мой Светлячок. Лучик мой ясный. Моя любимая доченька — слезы капают мне на грудь и скатываются вниз. Дочка замерла и отпустила сосок, почувствовав соленый вкус. Покряхтев, заснула.
— Не нужно волноваться. Я вас поняла, Александра, — врач опускает планшетку с листом бумаги. — Дам вам координаты своего друга, детского кардиохирурга. Сможете там пройти полное обследование.
Просто киваю. Сил на слова не хватает.
