Горят красные лампы ""Вход только для мед. персонала"". Топчусь. Пыхтю. Наматываю круги.
— Девушка, что вы тут? — выходит врач в медицинской маске, а на халате у него пятна крови.
— Яяяя, — начинаю заикаться и заваливаюсь, сползая по стенке.
В голове барабанная дробь и шум прибоя.
— Эй! — кто-то шлепает по лицу и в нос ударяет вонючее. — Все в порядке с вашей дочерью! Ее перевели в реанимацию. Пока так надо. Можете самостоятельно идти? — голос доходит, словно сквозь толщу воды.
У меня язык прилип к небу.
Пытаюсь говорить, а выходит только мычание. Трясу головой, что дойду. Я дойду! Я должна дойти, ради нее и ждать. Ждать, когда хочется выть от бессилия.
Мне что-то ставят в плечо. Я даже это не почувствовала, только фиксирую визуально руку со шприцем. Проваливаюсь в бездну. Так холодно. Зову своего Светика. Мне кажется, что она где-то плачет. Бегу по лабиринтам на зов доченьки…
***
Четыре года спустя.
— Мама, смотли! — подбегает дочь и показывает мне большой леденец на палочке, который вручил ей аниматор в игровой комнате торгового центра.
— Свет, угостишь потом меня? — улыбаюсь и заправляю кудряшки ей за уши, которые выбились из хвостика — прически.
Любуюсь своей красавицей. Она удивительная. Такая открытая и искрящая добром ко всему миру. Я перекладываю пакеты с покупками в одну руку, а вторую протягиваю Светлячку. Маленькая ладошка хватается и Светуня, походкой прыгунка семенит рядом.
— Купила ласкласку с плинцессой? — спрашивает по пути, а у самой голова крутится, как у совы на яркие и красочные витрины магазинов.
— Целых две! — докладываю мелкой попрыгушке. — По мороженке? — вижу, что она посматривает в сторону кафе.
— Хочу! — кивает, мотая хвостиком и мы идем в направлении мечты всех сладкоежек.
— Александра?! — сбоку раздается голос из прошлого и я втыкая каблуки в пол, резко торможу.
Карие глаза бывшего удивленно распахнуты. Он скользит по мне взглядом сверху вниз и перетекает на Светлячка.
— Длатвуйте! — говорит моя вежливая и такими же карими глазами рассматривает мужчину.
Никита дергается, как от удара пот дых и приседает на корточки.
— Привет! — голос его звучит хрипло.
Он переводит взгляд с дочери на меня и обратно. Маленькая его копия, поджимает губы и жмется ко мне, стесняясь от такого внимания незнакомого мужчины. Видно, что бывший растерян и не знает, что дальше сказать.
— Пойдем, доча, за мороженым, — считаю, что вся церемония приветствия закончена и тяну ребенка за собой.
