Почернел весь… Даже язык, — буйная Юлькина фантазия разыгралась ни на шутку.
И хоть бы один глаз дернулся, когда несла альтернативную версию событий.
— Ужас какой! — заохал Аркадий, качая головой. — А я, как раз работаю наркологом… Но, чтобы почернел. С языком, — сделал бровки домиком, продолжал качаться на месте: «Ай-яй-яй, че делается!».
«Вот блин, влипла!» — вздохнула Юля. Ее глаза забегали, не зная, как выкрутится из того, что наплела по дурости. Хорошо, к нему спиной стояла, и не видно ее растерянности и покрасневшего от стыда лица.
Вздохнула всей грудью, и словно решившись, поставила пирог обратно на стол. Присела. Взглянула на него самыми честными глазами на свете.
— Сегодня же праздник. Такой раз в год бывает. Можно капелюшечку. Жаль, что у меня ничего нет, — «разочарованно» развела руками.
П-р-р-р! — забрюлил губами Аркаша.
— У меня с собой! Я же не с пустыми руками! — шустро рванул к двери, чуть косяк не снес, еле вписавшись в поворот, когда огибал ее сидячее место, ближе к выходу из кухни.
— Скотина, — тихо пожаловалась вслух Юля, закатив глаза в потолок.
Глава 43
Утром первого января хочется вспомнить что-то хорошее, а не пьяный треп надоедливого гостя, из-за которого толком не выспалась. Он-то все еще храпит, выпуская тошнотворные пары алкоголя, а Юлька вынуждена готовить для сына кашу на молоке и в качестве жеста «доброй воли» рассольник, о котором мечтал вчера Аркадий."
"На плите бурлит говяжий бульон на косточке. В ее руках вторая чашка кофе. Коська, болтая ногами, копает «лунку» посередине рисовой каши.
В самый ответственный момент поиска, в середину тарелки прилетела россыпь мелко порезанной отварной куриной грудки — секретное оружие заботливой матери, чтобы Костик съел больше. Мальчик крякнул и принялся выедать самое вкусное.
Скрежет дверного замка, сообщил о том, что появился кто-то из «своих». Юлия специально прикрыла глаза и втянула носом воздух, чтобы интуиция подсказала о вошедшем. Даша или Сергей? Напряжение давило на барабанные перепонки или действительно поднялось от излишне выпитого кофе, но она не смогла представить никого из них.
Визуально ничего не шло, будто помехи в воображении пошли из-за недосыпа.
Тихое шубуршание в прихожей натянуло нервы. Тот, кто пришел, не торопился заходить. Кинув на сына короткий взгляд, она потянула на себя ящик со столовыми приборами. Лежащая сбоку скалка хорошо легла в руку.
Юлька кралась, ухватившись двумя руками за основание скалки, держа ее как бейсбольную биту на изготовке.
