Белое на голубом

Его счастливый брак умер в тот день.

Разумеется, Онхельма не подала виду, улыбалась, была ласкова и горяча в постели как прежде, но теперь она думала лишь о мести.

Впрочем, оставался еще один шанс.

Глава 7.

На следующий день Онхельма уединилась в кабинете Мелисандры, обдумывая план дальнейших действий, поглядывая при этом на портрет прежней хозяйки, словно советуясь.

- Помнится, этот старый осел, - теперь она не стеснялась награждать мужа заслуженными эпитетами, - Что-то говорил тогда, что собирается через год передать власть этому сопляку.

Его наследнику Алексиору. Ну-ну...

Она успокоилась, уже не хотелось рвать и метать, как вчера, и вообще, месть такое блюдо, которое следует подавать холодным. Онхельма прищурилась. Маловнятные речи мужчин, охваченных любовным дурманом, ей приходилось слышать не раз. Княгиня Гермикшей прекрасно знала, чего эти речи стоят. Все мужчины управляемы, их так легко повернуть в нужную сторону, даже не стоит обращать внимания на тот бред, что они несут.

Уж ей-то, даме, похоронившей пятерых мужей, не надо было этого рассказывать. Просто... когда она за Вильмора выходила замуж, хотелось побыть обычной женщиной. Не хотелось плести интриги, хитрить... Но обстоятельства, обстоятельства...

И все-таки у Вильмора оставался еще некий шанс.

Онхельма хотела детей. И тут она могла уесть покойную жену своего мужа, это было единственное, в чем Мелисандра не могла с ней тягаться.

Строго говоря, Онхельма как колдунья, скорее была талантливым самородком.

Училась колдовству по книгам и на собственном опыте, потому что талант у нее несомненно был. И сила большая. Но все-таки, как ни крути, с Мелисандрой она бы не смогла сравниться. Та была не просто опытнее или сильнее, у Мелисандры был особый дар - дар видеть суть вещей. Этим даром Онхельма не обладала. Зато она обладала здоровой женской злостью и была упорна, мстительна и хитра. Кроме того, комплексы неполноценности, мучившие ее с молодости, хоть она и старалась их изжить, делали Онхельму просто болезненно самолюбивой.

Онхельма криво усмехнулась:

- Все-таки есть у тебя недостатки, ""святая"" Мелисандра? А? ""Любовь моя"", - добавила она издевательски.

Потом откинулась на спинку кресла и посетовала на судьбу, глядя в глаза женщине на портрете:

- И надо же, стоит мужчине хоть как-то задеть мое сердце, так он обязательно что-нибудь изгадит!

Мысли приняли позитивное направление.