Белое на голубом

А насчет сопровождения... Оно просто не смеет нарушать мое уединение.

Царственный взмах изящной руки в сторону. Сафор проследил направление, там, куда она показывала, действительно топтался целый табор разнообразного народа. А неподалеку от берега на волнах покачивалось судно.

- Я царица Астинит. И не родился еще тот мужчина, что сумеет меня напугать.

Сафор принял вызов. Слишком уж влекла его эта необычная женщина.

- А я темный Сафор, - он галантно, но с большим достоинством поклонился, - Старейшина духов этого города.

Дама повела бровями (она-то знала, что перед ней дух, но чтобы сам темный старейшина...) и протянула ему руку для поцелуя. Знак благосклонности? Сафор подошел к ней вплотную, прижался губами к ее точеной руке и, глядя в глаза, произнес:

- Не хотелось бы пугать столь прекрасную женщину, но возможно, мне удастся удивить тебя?

Судя по тому, как приоткрылись невесомым вздохом губы темнокожей красавицы, удивил.

- Мне нужно попасть во дворец, - проговорила она.

- Там нет сейчас царя, - ответил он, не отрывая от нее взгляда.

- Я знаю, - Астинит легко улыбнулась, - Но я же не могу... Столько дел... Этикет...

- Ты можешь остаться здесь. Со мной.

Голос у темного был завораживающий, царица неожиданно для себя покраснела и кивнула.

***

Все. Все эти нахальные, бесстыжие, дерзкие мальчишки, духи из его команды, торчали за скалами и пялились! Пришлось дать им понять: если они сейчас же не исчезнут, он за себя не ручается!!! Исчезли, слава Богу.

Иакус растительный шепнул водному:

- Нириель, что-то мне подсказывает, что нашего старейшину...

- Тссссс! - шикнул водный, - Смотри не спугни!

Остальные дружно сплюнули через плечо. Ну, чтобы не сглазить.

Сафор хоть и был всегда с их точки зрения букой и редкостным занудой, но его ребята считали, что старейшина заслужил, наконец, от судьбы свой подарок.

И вообще...

Все они видели первый полет морского дракона, и все они до сладких слез завидовали ему белой завистью. Так пусть же и темному духу немного повезет!

И этой женщине из далекой заморской страны, что сделала невозможное возможным.

Иными словами, среди духов, обитавших на высоком берегу, наблюдался прилив слезливой сентиментальности. Но продолжалось это всеобщее благостное размягчение мозга недолго.