Белое на голубом

.

Невиданной силы сгусток энергии сорвался с ее рук и ударил в скалу, на которой стояла беседка. От мыса откололся кусок, и вместе с беседкой и частью парапета обрушился в море, похоронив Евтихию.

А Онхельма рухнула на землю в изнеможении.

Она этого не хотела, она правда не хотела... Но слепая была опасна... Она знала слишком много... Она правда не хотела... Это кто-то другой!

Все случайно вышло...

Случайно вышло... Но как хорошо вышло... Хорошо!

Что-то поселившееся в Онхельме неподдельно обрадовалось такому повороту событий.

Да она могла быть злой, хитрой, мстительной, изворотливой, похоронила пятерых старых мужей и собиралась похоронить шестого. Но она еще никогда никого не убивала! Тем более так! Но как хорошо, а главное, как удачно вышло!

Сейчас надо просто успокоиться, привести себя в порядок и возвращаться. Она как раз успеет вернуться вовремя.

А кольцо-манок теперь будет звать царевича голосом Евтихии!

Извращенно. Тонко и извращенно она отомстит этой малолетней дурехе, посмевшей оскорбить ее.

Пусть даже и после смерти! Бедняжка Алексиор, будет слышать голос, но никогда и ни за что не найдет свою слепую зазнобу!

Царица удовлетворенно расхохоталась, в последний раз взглянула вниз и ушла.

***

Волны пенились и кружились водоворотами среди камней, что насыпало на месте обрушившегося куска скалистого берега. Тело Евтихии вынесло водой и перекатывало с камня на камень, вода начала окрашиваться ее кровью. Еще немного и его совсем разобьет об острые обломки. Только белая голубка, ее подружка, все вилась рядом, как бы желая сказать: 'Здесь, здесь ее ищите.

Ищите, пока не поздно'.

А было поздно, потому что все были заняты на празднике, и никто Евтихию не искал. Никто и не знал, что ей могла грозить опасность.

***

Но у произошедшего были свидетелями. Духи. При этом присутствовали почти все. Нириель зло взглянул на Сафора:

- Видишь теперь, ЧТО набирает силу? Видишь?! И как ты собираешься с ЭТИМ бороться?! Что, будешь продолжать не вмешиваться?

- Главное, что ты смог оплатить долг жизни, - ответил Сафор, пытаясь высокомерием прикрыть замешательство.

- Долг жизни?! Посмотри, во что это вылилось! Посмотри!

- Хорошо! Не ори! Я пойду к Морфосу. Спрошу...

Нириель дернулся и выкрикнул в сердцах:

- Раньше надо было совета у него спрашивать! Раньше!

- Замолчи!

- А то что? Убьешь меня?

Сафор не ответил, а Нириель махнул рукой и метнулся к голубке, вившейся над телом девушки. В его глазах стояли слезы.