Дверь перед его носом разом широко и резко открылась, и в проеме появился высокий, грузноватый, но энергичный человк.
- Пан Митрофан? - спросил, видимо не сразу привыкнув к полутьме. И тотчас же, узнав: - Здоров!
- Здравствуйте, пане... - вытянулся Митрофан. Он назвал при этом фамилию, но хлопцы ее не расслышали.
Человек шагнул от порога и пожал Митрофану руку.
Был он в синих галифе и кителе. Лицо в тени, под козырьком фуражки. Голос грудной, басовитый. И вел он себя здесь уверенно, привычно, по-хозяйски.
Видно было сразу, что полицаи не только хорошо знают его, но бо-""
ятся и безоговорочно подчиняются каждому его слову.
- У тебя тут какие-то чужие приблудились, - уверенно сказал новый, будто давно уже зная обо всей этой истории с хлопцами.
- Да, собственно, да, - явно удивился, но еще больше встревожился Митрофан.
- Где они?
- Здесь... Уже вот здесь! - Не зная, угодит или не угодит этим начальству, он добавил: - Вот они... Мы их малость уже разоружили.
- Молодцы! - похвалил мужчина и, переступая прямо через полицаев, которые не успели вскочить с мешков, направился к хлопцам. - Встать! приказал негромко, ровным, но властным голосом.
Ребята поднялись.
- Кто такие будете?
- Полицаи, - за обоих ответил Павло, твердо глядя этому человеку в переносицу.
- Допустим на минутку... А откуда?
- Ну, из Скального же! Мы ведь говорили! - как с моста в воду, бросился в разговор Петро. - Сколько же можно талдычить!
- Из Скального? - нагнулся чуть ли не к самым их лицам мужчина, и в голосе его послышалась скрытая угроза.
- И вы в этом уверены? Очень, очень хорошо...
Вот именно вас, голубчики, мне и не хватает... Пан Митрофан, там у меня бричка возле ворот. Вывести! Я как раз собирался погостить в Скальном, а тут и попутчики случились...
Петро втянул голову в плечи и закусил губу. А Павло заметно побледнел...
Когда их уже подталкивали, дергая за одежду, к двери, Митрофан как-то обмяк и облегченно-радостно сказал:
- Ну вот.
.. я так и думал... Не иначе, думаю, как парашютисты.
А Терентий Грушка громко, с глуповато горделивой глубокомысленностью добавил:
- Яснее ведь ясного. Сразу же было видно.
Их повели по тускло освещенному коридору. Полицаи, бродившие там, торопливо, испуганно уступали хлопцам дорогу, прижимаясь к стенам. А потом долго смотрели вслед с нескрываемым испугом и удивлением.
