Поближе к дворам и родным порогам, пока пронесет беду, - ведь по безбрежным степным просторам нескольких районов из края в край перекатывались гитлеровские облавы. Выискивали, выслеживали не только неизвестного, который убил жандармского шофера, но и советских парашютистов...
Смертельная опасность пришла именно с той стороны, откуда они ждали спасения. Накатилась с поля, в глубине которого, где-то на синем горизонте, темнел зуб""
чатой стеной вожделенный Каменский лес.
Сначала из-за далекого пригорка, что за участком проса и желтой стерней, появилось несколько подвижных точек.
А через какую-нибудь минуту сыпануло по горизонту, будто горохом из пригоршни. Живые темные точечки сыпались и сыпались, разливаясь поперек поля.
Они двигались, приближались, росли на глазах, затем= няя, заслоняя далекую синюю полоску леса живым плотным частоколом.
Павло вскочил, вытянул шею. Толкнул спящего товарища.
- Петро, Петро, погляди!
- Что это?.. Какие-то люди... - бормотал Петро, протирая глаза: Войско какое, что ли? - И оживленнее, с надеждой: - А может, пархоменковцы, а?!
Павле молча присматривался, как там, в поле, этих подвижных точек становилось все больше и больше.
Они вытягивались длинной-предлинной цепью. И уже можно было различить отдельные фигурки. Становилось все очевиднее, что это какая-то вооруженная, организованная масса, продвигающаяся вперед с определенной целью. Продвигающаяся, как и надлежит продвигаться военным, цепочкой, с установленной дистанцией, как бывает при наступлении или...
- Боюсь, Петро, - наконец заговорил Павло, - не партизаны это.
.. Скорее, немцы и полицаи. Боюсь, что похоже оно...
Парень умолк, заметив, что справа, значительно ближе к ним, выкатывается из-за низкой кукурузы еще одна цепь, направляясь мимо леса вниз к балке.
- ...похоже оно, Петро, на облаву, - заканчивает Павло.
- Тогда нам отсюда нужно сматываться, и как можно скорее.
Но цепь перед ними уже удвоилась. Часть ее движется через просо прямо на лес, а другая сворачивает все дальше в сторону, обходя лес слева.
И уже отчетливо видны вооруженные полицаи.
- Сматываться, Петро, нам уже поздно. Долина просматривается с обеих сторон. Пока пересечем лес, ничего, а на тех голых буграх окажемся перед ними как на тарелочке.
Петро резко встряхивает головой, отводит со лба прядь черных волос и глубже натягивает измятую пилотку.
- Тогда нужно обмозговать, - говорит он, стряхнув с себя остатки сна и сосредоточившись. - Обмозговать и, лучше всего, подождать их здесь.
