За эту неделю все во мне переменилось. Я вел себя просто неприлично, когда набросился на тебя и увел буквально у Аткинса из-под носа… Наверное, я понял, что без тебя мне все равно не жить…
Постепенно мысли молодой женщины перестали метаться, как стая перепуганных птиц, и она могла с должным вниманием слушать эту странную исповедь.
— Можешь ли ты поверить, что я боялся звонить тебе?.. Боялся, что ты не возьмешь трубку или исчезнешь из моей жизни как волшебное мимолетное видение, — горячо говорил Джанни, крепко держа возлюбленную за руку, будто бы всерьез опасаясь, что она исчезнет.
Невероятно, промелькнуло в голове Элизабет. Он, кажется, и вправду любит меня!
— А как же все твои слова насчет Лауры? — все-таки спросила она, повинуясь мстительно настроенному внутреннему голосу.
Джанни прижал палец к ее губам.
— Забудь. Я не знал, что творил… Пойми, маленькая моя, я никогда никого не любил до того, как встретил тебя.
Какие упоительные слова! Элизабет поймала себя на том, что с нежностью смотрит на своего недавнего мучителя.
— Ты выйдешь за меня?
— Да! — выдохнула она, бросаясь к нему в объятия.
Этой ночью они не занимались любовью, а долго говорили. Потом заснули в объятиях друг друга, чувствуя, что согласие и понимание воцарилось теперь в их взаимоотношениях. Элизабет проснулась среди ночи и увидела, что ее возлюбленный улыбается во сне…
На следующий же день Джанни и Элизабет обвенчались в маленькой древней церкви в самом сердце Эдинбурга. Не было ни пышной церемонии, ни сотен гостей, ни прелестных малышей, поддерживающих шлейф невесты.
Да и шлейфа тоже не было — новобрачная надела лучшее из платьев, что нашлось в чемодане. В сером струящемся одеянии, с белыми розами в волосах, она была прекрасна. И эта маленькая свадьба — без праздничного шествия, без огромного свадебного торта, без тостов и танцев, останется в ее сердце навсегда, как самое счастливое событие в жизни."
"Впрочем, один тост все-таки был. После того как были соблюдены все формальности, Джанни и Элизабет вернулись в отель и устроили маленький пир в роскошном номере.
Сардины ели прямо из банки, сыр порезали на крышке от коробки с пирожными.
Влюбленным молодоженам было так хорошо вместе, что они совершенно не хотели никого видеть. Сидеть бы рядом друг с другом и говорить о тысяче вещей сразу, а еще лучше просто молчать…
Джанни откупорил бутылку старого белого вина и разлил по бокалам. Потом поднял свой в приветственном тосте.
