К тому же очень уж хотелось вернуться домой, так что я не стала отказываться от предложенного шанса из-за глупого упрямства.
– Тоже кивни, если согласна, – потребовал «оборотень» у Клотильды, и та подчинилась. – Иди сюда, – позвал он ее. Девушка настороженно покосилась на меня, ожидая поддержки, а я – на Закари, так как не очень-то поняла, зачем ему Тиль.
– Рот заклеить, – верно истолковав наши взгляды, сообщил эррисар огня и продемонстрировал эластичную ленту с рыжими искорками магии.
Пока я раздумывала, соглашаться на такую меру или нет, компаньонка решительно спустилась вниз и, высоко задрав подбородок, остановилась напротив черного предводителя, скрестив на груди руки.
Смотрелись они… странно. Миниатюрная белокурая красавица в наряде, который делал ее еще более хрупкой и изящной, и огромное мохнатое чудовище головы на полторы выше девушки и раза в два, если не в три, шире. «Оборотень» с удовольствием изучал гордую «птичку», прилетевшую в его лапы, а Тиль оценивающе рассматривала его.
Ленту ей на лицо он накладывал очень осторожно, стараясь не задеть когтями нежную кожу. Когда же закончил, не удержался и провел подушечкой пальца по девичьей щеке, на что блондинка даже не шелохнулась.
– Хорошенькая, – похвалил Закария мою подругу и с удовольствием добавил: – Умная девочка, послушная, – после чего ну очень выразительно посмотрел на меня, всем видом намекая, что я полная противоположность Клотильды. А и ладно! Сочту это за комплимент. – Теперь можем разговаривать, – обрадовал эррисар, вероятно, отключив звукоизоляционную защиту.
– Есть вопросы, леди Лиам?
– Полно! – откликнулась я, тоже покинув возвышение.
– Спрашивай, – милостиво разрешил черный демон, галантно предложив мне взять его под руку.
Всю дорогу до замка эррисара огня, расположенного в центре затянутого хмарью города, я именно этим и занималась. Клотильда же молча слушала, ибо говорить мешала лента, иногда кивала, но больше делала вид, что занята созерцанием окрестностей.
Милорд Гримм был сама любезность. Общался с удовольствием, вел себя достойно, не считая упорного обращения к нам на «ты», хотя на Изнанке вежливая форма тоже была принята, и всячески демонстрировал нам свое расположение, то ли желая заверить в дружеских намерениях, то ли пытаясь усыпить бдительность. И все равно мне мерещился какой-то подвох, хотя демон объяснял свои поступки и их причины весьма складно."
"Для начала я выяснила, о каком ребенке шла речь.
