Ну а то, что это были НАШИ духи и кое-кто их нагло украл, отчего-то все забыли. Я не напоминала, хоть и очень хотелось, не язвила, старательно прикусывая язычок, с которого готовы были сорваться ядовитые слова. Я ужасно хотела вернуться к Варгу и ради этого закрывала глаза на окружающую несправедливость. Даже месть Таю отложила до лучших времен, уверенная, что рано или поздно он опять явится в Рассветный под чужой личиной, и, вычислив мерзавца, я с ним разберусь.
Когда нас отвели в темный каменный зал с подсвеченными рыжим пламенем нишами, я жутко нервничала.
Вдруг ловушка? Или обман. Что, если демоны решат оставить себе и артефакты и пленниц? Эррисар же обмолвился, что неравнодушен к блондинкам. Тиль тоже переживала, это было заметно по взгляду, движениям… да по всему! И только маленькая Алиса, прозвавшая Закари «мишкой», охотно сидела на его могучей шее, болтая ножками, и ждала обещанного путешествия домой. Я смотрела на них и думала, что уж ребенка-то «оборотень» точно обманывать не стал бы. Значит, все, что он говорил, – правда.
И запланированный выкуп заложниц вот-вот состоится.
В назначенный час в ближайшей нише вспыхнула паутина заранее настроенного портала, и спустя какие-то пару секунд из алой воронки, в которую начала закручиваться сердцевина призрачного рисунка, вылетела металлическая пластина с какими-то надписями. Ударив по натянутым нервам глухим стуком, она шлепнулась прямо к моим ногам. В повисшей тишине я медленно подняла ее, взяв обеими руками, так как пальцы сильно дрожали.
Думала, удержу, но, едва прочла: «Прости, обмена не будет», выронила несчастный диск и растерянно посмотрела на хмурого Закари. Стражи Триалина отказались от трех меченых Изнанкой соотечественниц и предпочли оставить у себя волшебные часы. Это было правильно, но… до чего же обидно! Муж предал, брат не спас, остальные… а какое им дело до нас? Для них мы теперь марионетки демонов, и именно этим они оправдывают свой выбор. Зачем менять ценные артефакты, доставшиеся ордену от Сияющего, на людей, способных провести в Алин-тирао врагов? Незачем!
Больно…
Так больно, что опускаются руки, и нет даже злости – одна пустота внутри, холод и безысходность.
А еще тоска и отчаяние. Все можно понять, со всем согласиться, но кто бы подсказал, как это ВСЕ принять и смириться?"
"У портала стояли волкоголовые стражи, и метнуться туда, используя эффект неожиданности, возможности не было. Да и желания – тоже. Для своих мы с Клотильдой теперь все равно что мертвы.
