И снова это завораживающее покачивание и слияние, нарастающее напряжение и взрывное освобождение.
Громов ругается, стискивая меня руками, и обещает отодрать по всем правилам в постели, а я все никак не могу выплыть из невесомости.
Почему каждый раз как первый? Почему я не хочу слезать с этой иглы, а хочу насаживаться на нее снова и снова? Почему мне и в голову не приходит, что с ним нельзя, что я аморально поступаю по отношению к сестре?
С другой стороны, а она нормально поступила по отношению к Громову, переспав на яхте со всеми боссами? А я только с ним… Скажу, для дела.
Мне просто нужно принести добычу ей, тогда она и пикнуть не посмеет.
Вот тогда руки сами собой потянулись к вихрам Громова, я схватила прядку и дернула под громоподобное чертыханье босса.
Для Громова я правдоподобно покачнулась и съехала по плитке на пол, пряча вырванный клочок в кулаке.
Собирались мы быстро, а вот на выходе из спа нас ждал охранник Сергей.
— Всё стерли, босс. Я подстраховался, видео из джакузи тоже удалил.
Громов кивнул, а я покраснела. Не думала, что в общественном месте может быть установлена камера.
Мы с Громовым уже уходили, когда мне в спину вполне отчетливо от охранника прилетела частушка:
— Это правда, это правда,
Это правда сущая.
Хоть сама то небольшая,
А пизда большущая!"
"Громов резко остановился и с огорошенным видом стал поворачиваться к Сергею, но я конечно успела ответить первая:
— Я с милёнком целовалась,
Целовалась горячо.
Я еще бы целовалась,
Да болит вагалищо.
Мы с охранником поняли друг друга, а вот босс нас не понял.
Глава 10. Дать или не дать
— Она проговорилась, — прервал молчание Громов, как только Краснову высадили у метро.
Он не хотел ее отпускать, но девчонка словно не в себе твердила про огуречки, про ""надо домой"". Громов не привык уламывать. Завтра посадит перед собой и поставит условие о полном переезде. Нет, сначала поставит перед собой, трахнет, потом условия. Так лучше.
— Так и сказала, что шпионка? — удивился Сергей.
— Сказала на кого работает?
— Нет. Проговорилась про Марину, но тут же замяла, что это сестра.
— Хм… Арина-Марина… Да-да-да, а мы тут семечки щелкаем.
Они снова замолчали. Громов понимал, что теперь, получив такой лакомый кусочек, решил сразу две, нет — три, проблемы. Голова не болит, или определенно в ее присутствии болит меньше, потенция вернулась, да как вернулась — он готов не слезать с девчонки сутками! Параноидальный страх покушения прошел.
