Полина, увлеченная своим занятием, не видела, как к ней подошли две одноклассницы-барби: брюнетка с идеально ровной челкой и легким загаром и блондинка с вьющимися волосами и длинными ресницами. Настя, конечно же, помнила их имена, вот только про себя звала их исключительно барби – может быть, непедагогично так думать, но девочки казались капризными красивыми куклами и не представляли на данном этапе своего развития что-либо большее.
– Эй, Маслова! – громким противным голосом сказала барби-брюнетка, садясь рядом с Полиной.
Та подняла голову, не понимая, зачем к ней пожаловала одноклассница, а брюнетка продолжила:
– Что делаешь, Маслова? А дай-ка посмотреть?
Собаки бегут за теми, кто убегает. Полина инстинктивно захлопнула тетрадь и прижала к себе, тем самым привлекая внимание кукольных подружек.
Брюнетка, что-то весело щебеча, тут же попыталась выхватить тетрадь, но Полина прижала ее к себе. Тогда в дело вмешалась блондинка. С издевательским смехом и возгласом: «А что это ты там прячешь?» она схватила запястья девочки и сжала их, давая возможность подружке выхватить злосчастную тетрадку.
– Отдай! – закричала Полина вскакивая. – Это не твое! Отдай!
– У нас все общее. Ну, что там? – брюнетка интенсивно принялась листать тетрадь. – Ух ты! Это твой дневник, да? Народ! Мы нашли тайный дневник Масловой!
– Чего за дневник? – тут же радостно откликнулся Степан со своего подоконника. – Точно тайный, Плахова?
– Отдай! – почти взвизгнула Полина. – Отдай!
Она почти кинулась на темноволосую барби, но блондинка, которая была сильнее и выше, вновь остановила ее.
– Точно, Вшивков! Наша Маслова тут тако-о-ое пише-е-ет! Закачаешься! – отозвалась брюнетка, листая записи – их было еще немного, но почти все они были посвящены одному человеку. И весь класс, вернее, вся школа, этого человека прекрасно знали. А кто не знал их любимого президента?
– Что пишет? – заинтересовались и другие ребята. – Плахова, зачитай-ка!
Полина предприняла еще одну отчаянную попытку вырвать свое сокровище из рук наглой одноклассницы, но ее вновь остановили.
На глазах девочки навернулись слезы отчаяния.
– Наша тихушница Маслова влюблена в Зарецкого! – торжественно прокричала на весь коридор барби, и Полине показалось, что земля уходит у нее из-под ног. Силы вдруг покинули ее.
Парни заржали и засвистели.
– «Сегодня Ярослав был очень милым. И улыбался так, что у меня тряслись коленки. Почему тряслись? Потому что он улыбался именно мне. Мне! Это волшебство какое-то.
