Он улыбается, и мое настроение сразу летит вверх, как стрела», – громко стала зачитывать брюнетка. Почерк отличницы – ровный и прямой – читался с легкостью. – А вот еще классное! «Ему безумно идет синий цвет, делает его еще более утонченным. Иногда мне кажется, что Ярослав – аристократ. Не принц, потому что это банально, а граф или герцог». Вы только посмотрите, наша малышка Маслова прям как писательница!
С новой порцией азарта девушка принялась зачитывать строки из дневника Полины, а та стояла, оглушенная, обездвиженная, пораженная, и молчала, даже не чувствуя, как соленые слезы катятся по бледным щекам.
То, что она хранила в самом потаенном своем уголке сердца, в тайне ото всех, одноклассники восприняли как невероятное развлечение."
"Она плакала, почти физически ощущая, как разрывают ее мечту по кускам. Каждый новый переполненный глумливым весельем взгляд был сродни ударам тупого ножа по ее мечте, каждый новый смешок становился железной вилкой, которой подцепляли куски того, что она несколько лет нежно берегла.
Слезы все катились по лицу, а они все продолжали свою веселую травлю. Многие даже и не понимали, каково сейчас Полине. Они просто смеялись, наслаждались забавным моментом. Чрезе десять минут или через час они все забудут, а Полине теперь как забыть?
– «Меня тянет к нему так, что нет сил этому сопротивляться. Я ловлю каждое его движение, каждое слово, каждую улыбку. Я запоминаю, что он говорит. Я делаю то, что делает он. Я хочу быть лучше, чтобы не отставать от него. Я его безумно лю…»
– Что происходит? – раздался вдруг знакомый каждому в классе голос с лестницы.
Ярослав, наконец, помирившийся с Ваном, и еще несколько ребят-одиннадцатиклассников, которые состояли в школьном совете, поднялись на этаж, и, естественно, все услышали.
– А вот и наш герой-любовник! – засмеялась барби-блондинка, маня к себе Зарецкого. – Яр! Я-а-а-ар, у тебя новая поклонница! Наша Полиночка Маслова.
– Да, тут тако-о-ое, – помахала дневником ее подружка. – Ты только послушай!
– Ярыч, она на тебя конкретно запала, – сообщил Зарецкому Михаил – сын той самой оперной певицы, которая приходила на разборки к директору.
– Попользуйся. Маслова хоть и невзрачная, зато девочка и фигурка ничего так, а?
Некоторые парни поддержали его и засмеялись.
– Это ее дневник! Она про тебя пишет! Вот-вот, слушай! «У него глаза, как жадеиты. Зеленые, красивые, часто без причины грустные…» Что еще за жадеит?
– Замолчи, – вопреки ожиданиям девушки, не стал смеяться Яр.
