Белый крейсер

 – Настройка главной программы искина дворцового комплекса не соответствовала базовой модели. Каким образом были внесены изменения, мне неизвестно. Похоже на вирус.

– Почему же ты не вмешался? – медленно встал император, за ним поднялся на ноги и генерал.

– Это не входит в мои обязанности, – безразлично ответил искин. – Программные сбои при коронации предусмотрены в базовой модели. Согласно ей я и поступил: ограничил доступ на имперские крейсера лиц, не имеющих права доступа, данного прежним императором. Если бы Владек прибыл на Крейсер, я бы его уничтожил.

Поскольку этого не произошло, я дожидался его естественной смерти, чтобы короновать нового императора. Однако ни один из претендентов, осмелившихся сесть на трон после его гибели – таких было трое из членов экипажа – не оказался достоин. В случае распада империи базовая модель предусматривает капсуляцию в режиме ожидания и удаление экипажа с крейсера. Что и было сделано.

– Но ты же не подпускал к себе ни один другой корабль! – не выдержал Таркович.

 – Как должен был попасть на борт претендент?

– Согласно базовой модели, претендент должен либо иметь ключ доступа, либо найти нетрадиционный способ приникнуть на борт, – Алексею показалось, что в голосе искина прозвучала насмешка.

– Странная какая-то логика… – пробурчал генерал.

– А откуда вы взяли, что ваша логика единственно верная? – ехидно поинтересовался «железный истукан».

– Знал бы ты, что из-за твоего невмешательства творилось! – перекосило Тарковича.

– Знал и знаю, следил за событиями в Империи.

Интересно было посмотреть, что станут делать люди, если дать им полную свободу. Так что моей вины здесь нет, вы сами все это с собой сделали. Теперь, поскольку у меня появился капитан, проникший на борт нетрадиционным способом, я снова начинаю действовать сообразно основных положений базовой модели.

Генерал побагровел, хотел что-то сказать, но только шумно выдохнул и сжал кулаки. Понял, что доказывать что-либо машине бесполезно. Она все равно поступит так, как прописано в программе, и никак иначе.

Алексей, в отличие от Тарковича, подозревал, что искин над ними просто издевается, только доказать этого не мог, однако про себя дал зарок обратить пристальное внимание на поведение и оговорки «железного истукана». Слишком много в них странностей. Он встряхнул головой и сказал:

– Мне в основном понятно почему произошла катастрофа после переворота. О самом перевороте вы мне сейчас расскажете, а главное – о том, почему он вообще стал возможен.