Береговая операция

Спорить со старшим по званию не положено даже в биллиардной, особенно тогда, когда тот действует по правилам. И интенданту пришлось уступить.

— Пирамидку? — спросил Любавин.

— Пожалуйста, — согласился инженер-полковник.

— Давно не играл, — заметил Любавин, укладывая в треугольник шары.

— Я тоже, — отвечал полковник.

Но партнеры оказались достойными друг друга, хотя в конце концов проиграл Любавин.

— Еще по одной? — спросил Любавин.

— Пожалуйста, — ответил инженер-полковник. Но, подняв голову и посмотрев куда-то через плечо Любавина, сказал: «Одну минутку, я сейчас вернусь».

Любавин не обернулся. В небольшое зеркало, висевшее над столиком маркера, он заметил, как в дверях показалась высокая женская фигура. Ее заслонил прошедший в двери инженер-полковник. И больше Любавин ничего не увидел. Он отошел к стойке с киями и стал ждать возвращения своего партнера.

Семиреченко вызвала Татьяна. Она рассказала ему, что репетиция не ладится, виновата она сама, почему-то сегодня не в настроении и у нее получается все не так, как нужно.

Партнер и руководитель ансамбля страшно нервничают и требуют, чтобы она еще репетировала час-полтора, а в двенадцать ей на ночное дежурство.

— Мое последнее ночное дежурство, — сказала Татьяна. — А мне так хотелось пройтись с вами, подышать свежим воздухом. И вы из-за меня проторчали целый вечер в этой курилке, — кивнула она головой в сторону биллиардной, в которой, несмотря на категорическое запрещение курить, столбом стоял дым.

— Очень печально, — заметил Семиреченко, — но не настолько, чтобы нервничать и подводить своих партнеров по ансамблю.

А свежим воздухом вы еще вдоволь надышитесь в Киеве.

— Ну так вы хоть не страдайте в этой биллиардной, лучше погуляйте. Вы же сами говорили, что весь день работали.

— Весь день, и ночью еще есть о чем подумать, — ответил Семиреченко. — Сыграю еще одну партию и пойду.

— Итак, до завтра? — полувопросительно сказала Татьяна.

— Конечно, обедаем, как всегда вместе?

— Да, я буду свободна."

"Они распрощались.

Татьяна побежала наверх, а Семиреченко вернулся к ожидавшему его Любавину.

По пути на сцену Татьяна заглянула в комнату администратора и куда-то позвонила по телефону.

Играть Семиреченко расхотелось, и он спросил полковника, настаивает ли тот на реванше?

— Если вы, товарищ полковник, чем-нибудь заняты, то не очень, — ответил Любавин.

— Нет, просто хочу немного пройтись по воздуху. Душно здесь и накурено.

— Ну, что ж, последую вашему примеру, — заметил Любавин.