Отец Милены, Борис Владимирович, поднял свой бизнес в девяностые, а это уже говорило о человеке очень многое. Я был уверен, что в те года он промышлял не очень хорошими вещами.
Возможно, был братком и бандитом, но доказательств у меня не было.
И, судя по тому, что его до сих пор не засадили, возможно, у полиции тоже не было улик. Или им хорошо заплатили.
Мысли сбиваются, блуждая по бездонным подземельям подсознания. Медленно, но верно схожу с ума.
Глупый, думал, что работа мне поможет.
Думал, что смогу сбежать от гнетущей боли после расставания, сбежать во всё это, погрузиться в бизнес, воспользоваться предложением нового партнёра, подняться, вырваться из грязи в князи, как давно мечтал.
Но, как оказалось, все мои мечты были пустышкой без Олеси. Я ведь старался ради нашего счастья, чтобы она ни в чём не нуждалась. Без неё всё стало бессмысленным. Глупым. Ненужным.
Бесцветным.
Раньше я жил в вечном будущем, где настолько хорошо, что даже сексуально неприлично.
И при этом есть деньги и дети. Я пахал ради этой мечты.
Забывал жить в настоящем.
Забывал быть счастливым в моменте рядом с любимой женщиной.
И теперь этого будущего не будет, да и не было, наверное, никогда.
В одночасье всё потерял. И работа стала не нужна. Раньше я бежал туда из-за своей никчёмности, ощущения того, что ни на что не годен. Пытался доказать себе и другим, что чего-то стоил.
Осознал, насколько всё это глупо и не нужно, только тогда, когда потерял любимую женщину.
Она была со мной, несмотря ни на что. Она ценила меня просто за мою личность, а не за счёт в банке.
Леся была рядом всегда, а я залез во всё это дерьмо, из которого не мог никак выгрести самостоятельно.
Я ведь раньше считал, как и многие другие, что трудоголизм — это хорошо и приводит к денежным результатам. Но много работать, как оказалось, такая же зависимость, как алкоголь и сигареты, только от работы, что в нормальном количестве не считается чем-то плохим.
Но где эта тонкая грань между трудоголизмом и трудолюбием? И почему я её перешёл, поступившись любимой?
Весь день расхаживаю по кабинету из стороны в сторону. Мысли спутаны, сбивчивы, прыгают от того, как Милена и Олеся поговорят, до «как же я докатился до такого дерьма».
Нервничаю.
Не могу собраться и сфокусироваться на работе.
