— Ты же ни с кем не спал эти два месяца. без презерватива?
Надо было задать этот вопрос ещё вчера, но почему-то я додумалась до этого только сегодня.
— Боже мой, Леся, нет! — Пётр трёт глаза, а его член забавно трясётся. Твою ж, зачем я туда смотрю?
— Я вообще ни с кем не спал! Веришь нет, не стоит ни на кого, кроме тебя! — Закатываю глаза от сомнительного комплимента. — То есть я для тебя всего лишь игрушка для секса?
— Называй это как хочешь, но именно ты оставил меня. Оставил и ничего не рассказал о причинах!
Знаешь, как сильно у меня болело сердце, когда я услышала, что ты мне изменил? Думаешь, такую боль можно простить? — наконец-то высказываю всё, что копилось в моей душе эти месяцы.
— Но я же боялся за твою безопасность! И не изменял тебе! — Пётр пытается защититься, а я показательно фыркаю.
Мужчины, и почему они не понимают нормальный человеческий язык?!
— А о моих чувствах и эмоциях ты подумал?! Или это второстепенное? Или, что я могу получить нервный срыв из-за твоей «измены»? — кавычки я изображаю пальцами.
— Или я сильная девочка, я справлюсь?
Пётр молчит, но по его кислой мине всё ясно и без слов. Хочу что-то ещё сказать, но тут звенит мой будильник.
— Я собираюсь на работу. Ты как хочешь.
— Давай я тебя отвезу? — Пётр тянется ко мне, но я опять вижу член, который никак не хочет падать, и отскакиваю от него.
— Я взрослая девочка, умею водить машину, доеду сама. Как-то же справлялась эти два месяца,
— ядовито говорю ему. — Уходя, захлопни дверь.
И проскальзываю мимо него, пока он не поймал меня голой и не затащил обратно в постель.
Мне пришлось приложить титаническое усилие, чтобы не переспать с ним снова.
Глава 15: И да, инет (62)
Пётр
А я ведь наивно полагал, что раз Олеся сама полезла ко мне целоваться, и мы переспали, значит, мы снова вместе. Но, оказывается, ей нужен был только секс, чтобы разрядить и без того сходящее с ума тело.
Сказать, что я чувствовал себя использованным гондоном, ничего не сказать.
Олеся ещё так мило бесилась, что я никак не мог угомонить ни своё тело, ни, в частности, член, который как встал колом, так и выказывал Олесе своё почтение.
Когда она ушла в душ, мне ничего не оставалось, как тихо одеться и уйти, хлопнув дверью.
Сажусь в машину, заезжаю в ближайшую кофейню, покупаю кофе, возвращаюсь за руль, делаю пару глотков бодрящего напитка. Всё это настолько на автомате, что чувствую себя роботом.
Осознаю, почему внутри такая гнетущая пустота. Дело даже не в Лесином отказе.
