Она была насыщена событиями, на первый этаж, который я сдавал в аренду въехала солидная юридическая компания и открылся бутик. Меня посетили все службы проверок, которые могли, от пожарных до санэпидемстанции. Я устал. Мне хотелось владеть своим маленьким королевством, которое приносило бы мне и деньги и моральное удовлетворение, но я чертовски вымотался.
Поэтому в субботу я решил просто сбежать. Мама звала на дачу. Там шашлыки, баня, грядки покопаю, уже наступает время, а с огородом мама возилась с удовольствием.
Конечно же, там будет пара юных девиц на выданье, непременно здоровых, хорошего происхождения и из обеспеченных семей. Вот о последнем пункте я думал с тоской.
Спустился на лифте на подземную парковку. Стандартная, кругом бетон, линии разграничители с пометками. Иду до своего автомобиля. И тут — снова галлюцинация. Галлюцинация явно отставала от моды, потому что имела курточку Полины, такие давно не носят.
— Надо сходить к врачу, — озадаченно пробормотал я. — Не реагируй, тебе это только кажется.
Я пошёл дальше, когда случилось невероятное — галлюцинация бегала от столба к столбу, за которыми пряталась, и явственно топала. Нет, я все же не мог сойти с ума так стремительно. Хотя разве не все сумасшедшие отказываются признавать этот факт?
В общем, я решил действовать и дать своему разуму и психическому состоянию шанс. Направился к машине, словно собираюсь просто уехать, нажал на кнопку, открывая дверь. А потом резко метнулся назад, пробежал широкими шагами те метры, что отделяли меня от моей галлюцинации и поймал её за ту самую курточку.
— Полина, — сказал я, констатируя факт.
Сказать, что удивился, ничего не сказать. Порадовало одно — я душевно здоров. А вот Полина, не факт.
— Отпусти, — рассердилась она и дернула руку, высвобождаясь.
Расстегнутая куртка сползла, под ней лёгкая футболка, оголилось белое плечо, с родинкой на нем, которую я целовал когда-то. Отвёл от неё взгляд с трудом, сглотнул. Не об этом думать надо.
— Ты меня преследуешь, — констатировал я ещё один факт. — Пойдём со мной.
Схватил за руку, не обращая внимания на её протесты. Касаться кожи мне не хотелось, просто потому, что боялся своей реакции, того, что навалятся ненужные воспоминания, поэтому держал выше запястья, обхватив вместе с тканью рукава.
— Отпусти, — злилась Полина, — Или я вызову полицию.
— Ты находишься на моей территории. Вызывай, мне тоже есть, что им сказать.
Тащил я ее к охране.
