Об игре я почти ничего не вспомнил! — сокрушённо качает головой Егор. — Видимо, нужна ещё одна сильная встряска. Я не помню, как я вышел на них или они вышли на меня. Проверил переписку и все бумаги, планы, ежедневник. Пустота. Видимо, я сам подчищал следы, чтобы родители не узнали или кто-нибудь другой.
— Ты сам уничтожил все хлебные крошки, Гензель.
— Но у меня есть ты и твёрдое желание выяснить всё.
Потом мы засыпаем. Позднее утро, но мы нагло плюём на это и засыпаем, крепко держась друг за друга.
Повторное пробуждение вселяет в меня уверенность, что всё будет хорошо.
Егор окружает меня заботой и вниманием. Он умеет быть чутким и показывает это сейчас в полной мере, на пару часов отбросив амплуа циника и мерзавца в дорогом костюме. Мы обедаем вдвоём, на кухне. Егор отослал прочь прислугу и усадил меня на стол, заставив кормить его с вилки.
— Я должен сказать тебе ещё кое-что…
Я наблюдаю за тем, как его губы осторожно снимаю салат с вилки. Он пережевывает и встаёт, вытирая губы салфеткой.
— Я бы отобедал ещё раз.
Тобой, — окидывает меня жарким взглядом, от которого хочется лечь спиной на стол и предложить ему всю себя. Целиком. — Но мне нужно улететь. На неделю.
Он говорит «мне нужно улететь», не включая в это «ты полетишь со мной».
Глава 46. Кира
— Деловая поездка. Минимум встреч. Только офис и скучные столбики цифр, Карамелька. Я не могу взять тебя с собой, — объясняет. — Но я могу сделать так, чтобы ты не скучала без меня. Можешь позвать своих друзей. Водитель, Лео и ещё несколько доверенных лиц будут к твоим услугам.
Я перешлю тебе список того, что можно будет рассказывать, если вдруг наткнёшься на журналистов. Но если не захочешь отвечать, дашь знак охране.
Ловит мой вопросительный взгляд, отвечая:"
"— Да, тебя будут охранять. В людных местах ты будешь появляться в сопровождении охраны и команды специалистов. Если захочешь встретиться с друзьями, лучше пригласи их сюда.
— Пригласить сюда, но не появляться с ними за пределами дома? — уточняю я, отчего-то начиная злиться.
— Да. Если ты засветишь своих друзей, журналисты начнут задавать вопросы и им тоже. Ты можешь гарантировать, что они не сболтнут лишнего? Я — нет, — Егор качает головой. — Я ликвидировал неприятные последствия в виде разговоров с твоими родными. Но прочие несанкционированные контакты могут навредить нашей легенде.
Я слушаю Егора. Несанкционированные контакты, вред легенде? Каждое его слово больно ранит меня. В особенности, на контрасте с тем, что было недавно.
