И всё… всё, что мы знали друг о друге, оказалось пустым и ничего не значащим.
Мы вернулись к исходной точке. Сейчас мы даже дальше друг от друга, чем если бы были просто незнакомы. Между нами — правда, расколовшая реальность надвое глубокой пропастью.
— Я не знаю, — тихо говорит Егор. — Прости. Я не могу ответить ни на один из твоих вопросов. Амнезия и ложная память — самая дурная насмешка судьбы, что со мной приключилась.
Насмешка судьбы?
— Тебе до сих пор смешно? — потрясёно переспрашиваю я. — Значит, вот такой ты — настоящий? Циник.
Меркантильный и хладнокровный игрок, идущий по головам.
Егор улыбается мне жутким оскалом. Растягивает губы в улыбке так, словно кто-то невидимый тянет уголки его губ вверх и в стороны.
— Добро пожаловать в мою жизнь, Кирана. Извини, но в ней нет места сахарной вате про идеальные отношения, искренних людей и вечную любовь.
Ему больно сейчас. Я это понимаю. Так же как понимаю, что мне — больнее в тысячу раз, а он прицельно и нещадно бьёт словами.
— Я думаю, что ты был прав.
Наш договор — это просто закладная на душу дьяволу!
— Отлично! — хлопает в ладоши и распахивает дверь седана с пассажирской стороны. — Тогда садись в мою чёртову карету, я отвезу тебя в царство кошмаров. Все девять кругов ада будут к твоим услугам!
— Мне в ответ следует расшаркаться или просто поцеловать тебе руки? — цежу сквозь зубы, садясь внутрь."
"Какая бы правда перед нами ни открылась, теперь мы связаны договором. И я беременна от Егора Орлова. Теперь даже для неверующего миллиардера не остаётся никаких сомнений.
Это может означать только одно — своего ребёнка он никогда и ни за что не отдаст.
Значит, я прикована к Орлову навечно.
Глава 37. Кира
Путь к дому Егора пролегает в полной тишине. Рядом со мной словно находится робот, а не живой человек. В окно заднего вида я замечаю вереницу машин охраны, но они держатся на почтительном отдалении, не рискуя злить босса ещё больше. А я нахожусь на линии прямого огня. И если Егора накроет злостью, хуже всех придётся мне в первую очередь.
Но он сдерживает себя в руках и держится за руль так крепко, что, кажется, при очередном, повороте просто вырвет руль к чертям.
— Какие предпочтения на ужин? — холодно спрашивает Егор.
Что? После бурной ссоры мы будем обсуждать ужин? Будто ни в чём не бывало.
— Ты говорила, что голодна.
— Аппетит пропал.
— Думаю, ты просто не хочешь видеть за ужином меня. Могу тебя обрадовать — ты меня не увидишь.
— Да неужели? — фыркаю я.
