Вздохнул и сказал:
— Послушай меня очень внимательно. Сейчас ты встанешь, выйдешь отсюда, и через десять минут тебя здесь не будет. Плевать, как ты это сделаешь. Не успеешь — я вызываю полицию. Потом сядешь в свой сраный самолёт и свалишь в свой сраный Лондон. И никогда больше, ты слышишь меня? Никогда больше ты не появишься в этом городе.
Митька молчал. В этот момент мы оба понимали, что дружбе конец. Наклонился к его уху и процедил:
— Ты был прав.
— В чём?
— Теперь и я весь мир готов порвать за них! Потому что они — это самое ценное, что у меня есть.
Никогда не вставай у меня на пути, ты меня понял?
— Да, — прохрипел Митька, глядя на меня как-то по-новому.
— Тогда проваливай.
Бывший друг встал, хватаясь за стену, и побрёл к выходу, пошатываясь и держась ладонью за слипшиеся от крови волосы на затылке. Уже на пороге оглянулся и буркнул в сторону Вики:
— Спасибо.
Дверь за ним закрылась, и я медленно повернулся к женщине, к которой у меня было много вопросов. Очень много вопросов.
29. Что дальше?
Вика.
Когда за Димой закрылась дверь, почувствовала облегчение и странную апатию. Будто все силы покинули, будто исчерпала все эмоции до донышка. Устало стянула с плеч полотенце и промокнула им влажные волосы. Вот, козёл, подумала грустно, всю укладку испортил.
Вздрогнула, когда Денис опустился передо мной на колени. Его руки скользнули по моим бёдрам. Какое-то время мы просто смотрели друг на друга, затем его ресницы дрогнули и он спросил:
— Почему? Почему сразу не сказала?
Я отвела взгляд и дёрнула плечом:
— Зачем? Чтобы ты дал денег на аборт?"
"Нахмурился на секунду, потом его лицо осветилось пониманием.
Очевидно, вспомнил, как брякнул это в ресторанчике Териберки.
— Чёрт, вот оно что, — он покачал головой и поднял виноватый взгляд. — Вик, но там же речь шла не о тебе.
— Какая разница?
— Огромная. С тобой всё иначе! Всегда было, ты же знаешь!
— А что я знаю? Что ты ненавидишь меня со школы?
— С чего ты взяла?
— Тот вечер, когда ты подрался с Орловым…
— Боже, мы были детьми, столько лет прошло! Ты серьёзно думаешь, что мне нечем было заняться, только ненавидеть вас? Да и за что? За глупый детский прикол? Хрен бы с ним!
— Но… — посмотрела на него растерянно, — но ведь ты из-за этого даже ушёл из школы!
Бровь Дениса поднялась, затем он тепло улыбнулся:
— Вика, милая, я ушёл из школы, потому что отцу, наконец-то дали визу, и мы смогли уехать в Англию.
