"
"— Не важно, — помотала головой, чувствуя, как меня бросает в жар, и потеют ладони. Словно от его ответа будет зависеть вся моя жизнь. Хотя с чего, казалось бы? — Так вот. Та девушка беременна — что будешь делать?
Выпалила на одном дыхании и замерла, внимательно наблюдая за его реакцией. И это, чёрт возьми, надо было видеть. Его аж передёрнуло и всего перекосило! Скривился, откинулся назад и переспросил с таким лицом, будто лимон проглотил:
— Чего?
— Я говорю, представь ситуацию — та девушка говорит тебе, что беременна, что бы ты сделал?
Вместо ответа Аристов дёрнул плечами и налил себе ещё настойки, затем сказал:
— Что за дебильные вопросы, Карамзина? Это невозможно.
— Да что ты? Ну, а вдруг? — продолжала я ковырять его терпение. — Случайность, форс-мажорчик, пелёнки, коляски, подгузники, мама-папа, все дела, агу-агу? Ты бы, ну, хотя бы помогал ей финансово?
— Обязательно, — Аристов поднял руку, подзывая официанта. — Счёт, пожалуйста.
Затем повернулся ко мне и отчеканил, глядя прямо в глаза:
— Дал бы денег на аборт.
Обратно ехали на такси в полном молчании. Я отвернулась к окну и упрямо смотрела за стекло, хотя снаружи ничего не было видно. Возле гостиницы хлопнула дверью и, не дожидаясь пока Аристов расплатится и договорит с кем-то по сотовому, прошла внутрь, звякнув колокольчиком.
— Девушка, девушка! — администратор даже выбежал из-за стойки мне навстречу.
— Что опять? — сегодня я ещё больше не в настроении, чем вчера. Лучше меня не злить.
— Вы хотели ещё один номер, и он освободился!
Алилуйя! Но, наученная горьким опытом, радоваться раньше времени не стала.
Прищурилась внимательно и уточнила:
— С удобствами?
— Конечно! Стандартный двухместный, но вам отдам по цене одноместного, так сказать, в качестве компенсации за доставленные неудобства.
— Давай ключи.
— Пожалуйста, вашу подпись здесь, и вот ваши ключи.
Когда Аристов переступил порог нашего номера, я уже сидела на чемодане, причём, в буквальном смысле, всем своим весом помогая бедняге закрыться. Мужчина замер на пороге, растерянно осмотрел мою пустую тумбочку, мой полный чемодан и нахмурился:
— Что происходит?
— Освободился номер, и я съезжаю, — буркнула, сосредотачиваясь на защёлке, которая готова была вот-вот поддаться.
— Всего одна ночь осталась…
Пропустила мимо ушей его тихий голос. Защёлка наконец-то поддалась, я вскочила на ноги и издала голосом нечто, напоминающее победный клич индейцев.
— Так то! — пнула чемодан, дёрнула его за ручку и покатила в сторону выхода.
