— Очень нежным, Мари, — шепчет, обхватывая обеими руками мою потяжелевшую, разбухшую, до предела чувствительную грудь.
И стоит ему только коснуться, а у меня с губ сам по себе слетает громкий стон.
А руки судорожно впиваются в его волосы…
— Что? Я сделал больно?
Резко отстраняется.
А меня будто холодом обдает после такого дикого, безумного жара!
— Нет, — еле выдыхаю.
Тяну на себя.
— Мне хорошо! Так хорошо, Бадрид! Я словно пересохший источник без тебя! Нужен! Ты так мне нужен! Внутри! Во мне!
— И ты, Мари, — его руки опускаются снова на мои груди.
Мягко массирует. Так осторожно. Так бережно. Что я задыхаюсь от этой запредельной нежности!
— Ты так мне нужна! Клетка к клетке! Хочу, — его губы скользят по моей шее.
— Так хочу быть в тебе! Здесь!
Прижимается губами туда, где так часто. Так блаженно бьется сердце.
Мы прошли через ад? Да! Но только теперь мы знаем, что такое нрастоящий рай!
— Всегда в тебе, Мари!
— Ты всегда во мне! Всегда, Бадрид!
Шепчу, откидывая голову.
Вся отдаюсь его ненасытным и таким нужным, таким нежным, ласкам! Вся растворяюсь в них!
— Всегда, — шепчу, вздрагивая всем телом, когда его губы опускаются на живот.
Даже кончики волос простреливает, а пальцы на ногах поджимаются сами собой.
— И ты во мне. Ты во мне всегда! В каждом вздохе! В каждой мысли! В каждой капле крови! Не вытравить! Не изменить! Ничем!
Его пальцы мягко опускаются ниже."
"Раздвигают створки тех самых губ.
Он только прикасается одним пальцем к напряженному до боли узелку клитора, а меня уже начинает бить в самом сильном оргазме!
Мой крик смешивается с его глухим стоном.
— Мари!
— Бадрид!
Мы выдыхаем вместе.
А после начинается самое настоящее безумие!
Он входит в меня осторожно.
Бережно укладывает спиной на постель.
Медленно и плавно поднимает вверх ноги.
А внутри уже все так мокро! И каждая складочка, каждая клеточка дрожит, как натянутая струна.
Все лицо полыхает.
Я жадно впиваюсь в его глаза взглядом. Не могу отвести глаз. Будто незримая, но неразрывная нить связывает наши глаза, наши души вместе!
И всю насквозь простреливает, когда вижу черный огонь в его полыхающих глазах.
Задыхаюсь, эта дикая, неуемная страсть будто вливается в меня.
Тело звенит, а соски простреливает, когда чувствую его дикое напряжение. Всем естеством понимаю, как он безумно сдерживается.
