Беременность распалила во мне дикую страсть!
И сейчас… Когда бури не случилось…
Все мое тело ноет от жажды его прикосновений! Ноет и дрожит под его руками!
— Я изголодалась по тебе, Бадрид, — тихо шепчу под его рваный стон, опускаясь по его шее жадными поцелуями.
— Каждую ночь… Прижимаясь к тебе… Мое тело стонет от желания. Чувствовать тебя… В себе… твои ласки…
— Мари, — он хрипло стонет, запрокидывая голову.
— Я боюсь. Ты знаешь мой напор… Я же тебя…
— Ты не причинишь вреда, Бадрид! Наоборот! Я жажду тебя так сильно…
— Блядь, — скрипит зубами, а его руки уже скользят по всему моему телу, вырывая новые и новые стоны, которых я не могу больше сдерживать
— Что же ты со мной делаешь, девочка… Что… Ты… Со мной…
Его губы накрывают мои.
Жадно. Рвано.
Язык резко толкается мне в рот, а пальцы уже пробираются к трепещущим складочкам.
— Бадрид…
Резко выдыхаю в его рот, чувствуя, как реальность куда-то улетает.
Он осторожно проводит пальцами по тугому узелку клитора, заставляя все тело вспыхивать изнутри.
Раздвигает дрожащие мокрые складочки, и новый стон срывается прямо в его горло.
Жадно хрипит, срываясь.
Резко обхватывает мою голову рукой.
Врезается. Таранит языком так, как будто сейчас пронзит насквозь.
А мне так нужно.
Чувствовать его.
Пить. Впитывать. Каждый толчок. Каждый его хриплый стон!
— Мы никогда. Никогда, слышишь!
Резко отстраняется от меня, полыхая почти безумными от голода и страсти глазами.
— Никогда больше до такого не дойдем! Всегда.
Мы будем вместе. Неразрывно!
— Мы и так вместе! Всегда, — шепчу, сама потянувшись к его губам.
Впиваюсь в них, зарываясь руками в его густые волосы.
— Люблю, — шепчу, прижимаясь разбухшими сосками к его рубашке.
Трусь сама. Трусь об него. Как кошка!
Как же я изголодалась! По нам! По тем нам, между которыми ничего не стояло!
— Я с ума сойду, если еще хоть раз тебя потеряю, — рычит мне в распахнутые губы.
Жестко дергает бедро вверх.
Ведет по нему рукой, а я со стоном откидываюсь прямо на стол.
Одним махом сбрасывает с него какие-то бумаги вместе с ноутбуком.
Срывает мою одежду, отправляя рывком куда-то в сторону ее обрывки.
— Моя, — жадно шепчет, спускаясь острыми поцелуями вниз. По шее. По ноющей груди, по животу…
— Ох…
Прикусываю губу, пытаясь сдвинуть ноги.
— Куда?
Раздвигает бедра еще сильнее. Сжимает руками так, что я и шелохнуться не могу!
— Ты моя. Мари. Вся.
