Перестаю дышать, не отводя глаз от ринга.
Мне хочется крикнуть ему, что там, слева, на него наступает еще один. Но спереди другой. И он не может их видеть!
Похолодев, я впечатываюсь в спинку сидения.
Кажется, удары, что летят в его сторону, пронзят меня саму!
— Я говорил, Мари, что тебе понравится, — шепчет на ухо Динар.
А я никого. Ничего не замечаю.
Я вся превращаюсь в натянутую струну. Даже воздух вокруг меня и то, кажется, замер.
Это невозможно. Невозможно победить всех. Какой бы силой он не обладал!
Но его реакция запредельна.
Демон, — ооооо, как же не подходит ему это имя, — уже перестал меня замечать. Сосредоточился на самом бое.
Он уворачивается от каждого удара, в ответ обрушиваясь с сокрушительной мощью. Каждый раз. Снова и снова разбрасывая противников вокруг себя.
И даже мое тело безотчетно дергается, повторяя его выпады…
Но это не может длиться вечно! Рано или поздно они его измотают! Просто возьмут количеством!
Мне хочется кричать. Теребить Динара. Выкрикнуть в лицо тому, кто устраивает эти бои и всем тем, кто пришел на них посмотреть.
Это же убийство. Самое настоящее убийство! Ни одному человеку не выстоять!
Но бой заканчивается.
Он, этот Демон, остается на ринге один.
Залитый кровью. Она заливает даже его глаза.
А я не вижу никого больше. Не вижу разбросанных им вокруг тел.
Закрываю на миг лицо руками.
Воздух возвращается. Оживает. Вместе со звуками и запахами. С лицами тех. Что вокруг.
А меня колотит. Трясет ледяной дрожью, как в лихорадке.
Не сразу понимаю, что толпа с ревом уже ринулась к рингу.
Закрыла от меня эти безумные глаза, в которых можно утонуть, как в страшной, черной бездне. Его уже не видно, но взгляд… Полыхающий взгляд до сих пор обжигает. Пронзает насквозь!
— Мари! Тебе плохо? Мари?
— Азур, прошу прощения. Все это это зрелище не для моей хрупкой невесты. Я отвезу ее в отель, а после мы продолжим.
Его партнер кивает, а я вижу все будто через пелену.
Позволяю Динару увести меня. Ноги становятся ватными. Я и сама, словно ватная кукла.
— Мари? Вызвать доктора? Остаться с тобой?
Динар доводит меня до самого номера. Тревожно всматривается в лицо.
— Не надо. Благодарю, Динар, — провожу по веками до сих пор ледяными пальцами. — Все пройдет, мне просто нужно отдохнуть. Немного полежать и выпить чаю. Ты был прав. Это зрелище совсем не для меня.
— Какая ты хрупкая, Мари. Такая впечатлительная!
Его голос становится хриплым.
Опять. Опять я вижу это безумие в его глазах. И хочется отшатнуться.
