Я усмехнулась, вытерла рот ладонью.
— Любишь жестко, — заявила с издевкой. — Ясно, тебе по кайфу всякие унижения, извращения. Иначе не стоит, да? Возраст. Ну что поделать? Может, надо к врачу обратится? Пусть пропишет тебе таблетки.
Лицо Палача не выражало никаких эмоций. Каменная маска. Вряд ли мои слова хоть как-то задевали его, но остановиться я все равно не могла.
Вообще, он совсем не выглядел старым. Я бы никогда не подумала, что ему больше тридцати лет. До сих пор было невозможно представить его отцом моей подруги.
Во внешности тоже ничего общего. Никаких схожих черт.
— Товар еще никогда меня так не развлекал, — бросил Палач.
— Товар?
— Ты моя самая интересная покупка, — сказал он, достал пачку сигарет и закурил, небрежно выпустил дым мне прямо в лицо. — За сегодня.
Я закашлялась. Мысли сбились. На миг показалось, будто Коля и правда мог продать меня Палачу, решил действовать в обход Самсонова, то такое скорее бы сошло за экзотическое самоубийство. А мой брат был не из тех, кто готов расстаться с жизнью добровольно.
— Есть вещи, которые нельзя купить, — произнесла я.
— Тебя — можно, — оскалил зубы Палач.
На усмешку это походило слабо. Звериный лик. Теперь я начинала сомневаться, какая участь хуже — угодить в лапы Самсонова или оказаться наедине с Палачом.
— Ты больше никогда не будешь виться вокруг моей дочери, — отчеканил мужчина и смял сигарету в ладони. — Никаких гребаных встреч. Ты просто раз и навсегда исчезнешь.
Точно. Так и будет, причем совсем скоро.
Но я не собиралась радовать этого гада.
— Даже не надейся, — процедила я намеренно ядовитым тоном. — Нет на свете таких денег, за которые я соглашусь бросить Зару. Она моя лучшая подруга. Я не стану отказываться от общения с ней.
— Ты сделаешь все, что я прикажу.
— Мечтай дальше, — хмыкнула. — Это моя жизнь. Не лезь ко мне и не думай, будто сумеешь заставить силой…
— Твоя жизнь — это мой член, — оборвал Палач. — Ты заглатываешь под корень. Сосешь. Глотаешь. Раздвигаешь ноги по команде. Принимаешь любую позу.
Игры закончились, зверушка.
— Серьезно? — выгнула бровь. — Ты ничего не сделаешь. Ни-че-го. Или как ты это воображаешь?
Тяжелая ладонь накрыла мое горло, отдернула в сторону от двери.
— Пора занять твой рот делом, зверушка.
— Пусти, урод.
Я вцепилась ногтями в его мускулистую руку, но вряд ли это могло помочь. Все равно что камень царапать.
Тут раздался громкий стук в дверь.
— Папа, открой.
Голос Зары заставил Палача моментально отпустить меня.
