Обещаю позвонить, прощаемся. С Кононовым заходим в лифт. Не выдерживаю.
— Что ты устроил, Семён?!
Мужчина обращает на меня удивленный взгляд.
— В смысле?
Вот ведь тугой!
— Мы помиримся, будем жить в особняке… Ну, что за бред? Мы уже каждый живем своей жизнью. Конечно, теперь есть то, — в голосе проскакивает дрожь, — что нас объединяет. Но…
Кононов подходит ближе, перебивает.
— Я уже объяснился насчет перемирия. А дом… Я тебе и сейчас скажу — живи там. Твоей матери я всё говорил честно. Не надо выставлять меня балаболом.
Мужчина тяжело выдыхает, его задело. Хочу еще сказать насчет дома, думаю над формулировкой. Набираю кислород… В голове каша, выдыхаю через рот. Вижу, как взгляд мужчины застывает на моих губах. Звучит сигнал первого этажа.
Резко разворачиваюсь, выхожу. Но не тут-то было… Семен шагает за мной на площадку и тут же преграждает путь. Я оказываюсь зажата между ним и стеной. Его глаза снова зависают на моем лице. Я тоже смотрю на его мужественные черты и не могу отвести взгляд.
Последние слова я растеряла от этой внезапной близости. Так что молчу.
Господи, его рука тянется к моей щеке. Ух, это осторожное и одновременно резкое прикосновение. Он дотрагивается так, когда на пределе. От ладони идет сухое тепло. Я просто скована по рукам и ногам. Жду, что будет дальше. Все разумные мысли вылетают из головы. Сейчас я почувствую вкус его сильных губ?.. Язык мужчины ворвется в мой рот, будет ласкать с упоением и жадностью…
Семен проводит большим пальцем прямо под моей губой.
По телу бегут мурашки. В трусиках набухает узел возбуждения. Нет, так не должно быть! Не хочу больше никакого интима по слабости. И уж тем более, красть Кононова у Тани. Если мы не хотим до конца этих отношений, то и… Семен вдруг горько вздыхает. Кажется, наши мысли совпали.
— Позволь мне, — он хрипит, — позволь… отвезти тебя домой.
Чувствую, как слабеют коленки.
— Хорошо.
В машине молчим. Семен сосредоточен на дороге, только напряженные пальцы на руле напоминают о том, что случилось.
Вернее, не случилось. Свои руки я не знаю, куда деть. Тереблю ими край шубки. Кто бы мог подумать, что я буду волноваться как школьница в компании бывшего мужа.
— Как у тебя дела на работе? — нарушает тишину Кононов.
Отвечаю на автомате.
— Пока ничего не понятно, — спохватываюсь, — ты обещал не вмешиваться!
Поворачивает ко мне голову, хмурится.
— Не помню такого.
Глубоко вдыхаю — вот ведь! Но ругаться на бывшего нет сил. Что-то я сегодня вымоталась.
