Берлинский транзит

 — Мне сказали, что он очень важный человек. Какой-то грузин. Но я не знаю, кто он такой, честное слово.

— Он известный криминальный авторитет, — сообщил Дронго, — «вор в законе». И мой вам совет: ни в коем случае не лгите. Я не имею в виду вашу тысячу долларов. Я говорю про ваши показания немецкой полиции или рассказы своему руководству. Достаточно вам немного запутаться в своих показаниях — и к вам придут совсем другие люди. И с другими методами. Они узнают все, что им будет нужно. Но после этого в живых вас не оставят.

Вы меня понимаете?

— Что вы такое говорите? — ужаснулся проводник.

— Я знаю, что говорю. В вашем вагоне убили не просто известного преступного авторитета. В вашем вагоне сегодня ночью убили легенду. Жору Бакинского. И это событие будет обрастать слухами, сплетнями, домыслами. Не удивляйтесь, если через некоторое время вам будут рассказывать о целой банде, которая напала на поезд, перебила охрану и завалила вашего пассажира.

— Вы шутите, а мне еще нужно отвечать за весь этот кошмар…

— Ничего.

Как-нибудь выкрутитесь. Еще раз напоминаю вам, что лгать нельзя ни в коем случае. Разумеется, про тысячу долларов вы можете никому не говорить. Эти деньги вы, можно сказать, честно заработали."

"В этот момент в вагон ввалилось сразу пять или шесть человек. Среди них был начальник состава, напарник проводника, еще какие-то люди. Дронго благоразумно остался стоять рядом со своим купе. Поезд начал замедлять движение. Из первого купе вышла уже одетая в темное платье Наталья Робертовна.

Она строго посмотрела на толпу ворвавшихся в вагон мужчин.

— Что здесь происходит? — спросила она у Дронго. — Почему такой шум?

— В третьем купе какие-то неприятности, — пояснил тот. — Не знаю, что именно там происходит, но сюда вызвали все руководство состава.

— Только этого еще не хватало, — немного растерянно произнесла женщина. — До Берлина осталось так мало времени, а они хотят придумать очередную причину, чтобы опять опоздать…

— Их убили, — крикнул кто-то из прибывших.

— Кого убили? — не поняла Лакшина. — Может, мне кто-то объяснит, что здесь происходит?

— Я ничего не знаю, — ответил Дронго с некоторой заминкой.

— Не знаете или не хотите отвечать? — спросила она, очевидно уловив эту заминку.

— Не хочу, — честно признался он. — Там, кажется, произошло преступление. Сейчас здесь будет немецкая полиция.

— Поэтому вы решили ничего мне не говорить?

— Я подумал, что так будет лучше для вас.