Бернаут

Вместо ответа он закрыл глаза и молча отдал честь. А я прикрыла дверь и вышла на галерею. Вопрос, как там дела у второго участника драки, почему-то никак не шел из головы. Поэтому вместо того, чтобы спуститься по лестнице вниз, завернула за угол.

На светлую сторону.

Глава 15. Другая сторона «Святого моря»

Комната Марса располагалась симметрично нашей, с одним лишь отличием: бо́льшую часть дня его сторону заливало солнце. Но сейчас оно скрылось, и «Святое море» утонуло в непроглядной темноте аризонской пустыни.

Только оказавшись здесь, я узнала, насколько она бывает густой и липкой – как чернила. Даже в том городке, где я жила с бабушкой и дедушкой, не было так глухо. Глядя под ноги, я отсчитала три двери от угла дома. Лишь несколько фонарей освещали путь. Вряд ли Бланж будет в восторге, если узнает, что я ходила сюда. Но я все равно постучала.

Никто не ответил. Может, все-таки ошиблась? Но когда снова занесла руку над дверью, та резко распахнулась, и я столкнулась с Лили.

– Ой, а ты что здесь делаешь?

Повисла неловкая пауза.

Было видно, как она растерялась. Ее взгляд заметался из стороны в сторону.

– Просто хотела убедиться, что все в порядке, – произнесла она. – Только Реми, пожалуйста, не говори.

– Это потому, что он разозлится? – решила уточнить я, заранее пытаясь предположить реакцию Бланжа на этот визит.

– Точно будет не в восторге.

– Тогда не скажу.

Я хотела попросить: «Ты тоже», но не успела: Лилиан убежала, как будто ее здесь и не было.

Снова взявшись за ручку двери, я слегка потянула ее на себя.

Но не успела и слова произнести, как изнутри послышался голос. Жесткий, отчитывающий. Словно нотации старшего брата, уставшего бороться с капризами младшей сестры.

– Лилиан, хватит. Я сказал тебе уйти, неужели не ясно? Мне наплевать, что ты снова себе придумала. Мне не нужна ни ты, ни твоя помощь…

Я неловко откашлялась, повторно постучав.

– Марсель, это Жаклин. – Тут дверь резко распахнулась. Марс с отвращением посмотрел на меня сверху вниз, держась за дверной косяк.

Его нос был разбит, а рассеченный подбородок сочился кровью. Он глядел на меня своими темными, как здешние ночи, глазами так пристально, словно надеялся, что от одного только взгляда я сбегу. Но если уж я взгляд Бланжа могла вынести, то Марсу даже пытаться не стоило. К тому же угрожающе смотреть он не умел, это было ясно как день."

"В свете фонаря он казался старше всех, живущих здесь. Лил говорила, ему двадцать семь. Выше Бланжа и шире в плечах.