Беру тебя в жены

— Она неизбежно должна была кого-то послать. Суон казался наиболее подходящей кандидатурой для такого дела. — Эдисон внимательно посмотрел на Эмму:

— Но как вам удалось узнать, что он сделал это сегодня ночью?

— Когда я проверяла ящики ее письменного стола, в библиотеку пришли Суон и Миранда. Пока они разговаривали, мне пришлось прятаться за шторой;

В желудке у Эдисона похолодело.» Она сведет меня с ума!«— подумал он.

Очень осторожно, контролируя каждое свое движение, Стоукс снял ладони с колен и крепко взял Эмму за запястья.

•

— Выслушайте меня, Эмма, и выслушайте внимательно. Вы больше никогда не станете действовать по собственному усмотрению, как сегодня вечером. Пока вы у меня на службе, вы не будете так рисковать. Вы меня понимаете?

— Нет, я не понимаю. — Эмма казалась глубоко оскорбленной и озадаченной. — Почему вы так рассердились?

— Из-за риска, которому вы подвергались, глупенькая. Вы могли погибнуть.

— Ну, это вряд ли. Попасть в неловкое положение — да, но не пострадать.

Кто подвергался сегодня настоящей опасности, так это вы. Этот ужасный человек в саду пытался убить вас!

— А вам было бы не все равно?

— Конечно, нет, сэр!

— Почему? — Стоукс безрадостно улыбнулся. — Потому что я самый щедрый из ваших нанимателей и вы не хотите потерять свое место, прежде чем получите жалованье?

— Дело не в деньгах…

— Ах да! Возможно, ваша глубокая забота о моем здоровье и безопасности проистекает из того факта, что вы еще не получили от меня свои драгоценные рекомендации?

— Я могу задать вам тот же вопрос, сэр.

 — Ее глаза засверкали. — Почему вы так заботитесь, чтобы я не рисковала понапрасну, пока служу у вас? Потому что я нужна вам в хорошем состоянии, чтобы вы продолжали использовать меня в качестве приманки в вашей ловушке для леди Эймс? Я всего лишь кусочек сыра, на который вы намерены ее поймать?

— Если и так, вы, без сомнения, самый дорогой сыр, который я когда-либо покупал. Мне остается только надеяться, что вы окажетесь необычайно вкусной.

— Сэр, вы самый трудный хозяин, с которым я имела несчастье встретиться за все время своей работы.

— Вы не устаете это повторять. Но все объясняется тем, что я очень хорошо плачу, не так ли?

— Да как вы смеете утверждать, что моя заинтересованность в вашем благополучии исключительно меркантильная?

Эдисон мог бы поклясться, что услышал треск и грохот, с которыми рухнула каменная стена его терпения. Звук был так же громок, как трубный глас.