Всех повязали, а похищенную девицу Гизел, служанку Мары Хантц на отборе, освободили и доставили в замок.
До осаждавших наконец дошло, что Холдар предал их, они сразу же сняли осаду и попытались рассыпаться по окрестностям. Но было поздно, подходившие отряды выловили всех грихвальдцев.
А сам король Грихвальда первым попал в плен.
Родхар, когда слез с него, похлопал по плечу и «любезно» предложил:
— Поживете у меня, друг мой. В почетной камере для особо дорогих гостей. Отдохнете с дороги, подлечите голову. А потом мы с вами обговорим условия.
Повернулся к своим и приказал:
— Связать, глаз не спускать. Его величество Холдар едет с нами в Лендрио.
Все, с этим было покончено."
"Теперь он наконец мог сделать то, о чем непрерывно думал все восемь часов, пока летел сюда — схватить в охапку девушку с серебристыми волосами и прижать ее к себе. Чтобы убедиться, что она жива, что с ней ничего не случилось. Поцеловать ее. Долго, жадно. Зарыться ладонями в волосы и затихнуть, глубоко дыша.
И услышать шепот на ухо:
— Родхар, на нас все смотрят…
— Плевать, — рассмеялся он хрипло и шепнул ей в губы: — Я люблю тебя.
А потом понес ее в замок на руках.
* * *Что касается его величества Холдара, то тот сначала молчал, как пришибленный и бессмысленно озирался по сторонам, а потом стал повторять:
— На меня напал волк! На меня напал волк!
— Ага, видели мы, кто на вас напал, ваше величество, — лениво отвечали ему хигсландские стражники, которых приставили его охранять. — На вас напала леди Хантц, и в руках у нее была палка!
Люди просто решили, что он притворяется безумным.
А он не притворялся, он просто спятил.
* * *Так окончилось это дело, прозванное за тот случай волчьим.
Бесславно для короля Грихвальда, зато с большой пользой для Родхара Айслинга.
Ему было бы крайне проблематично жениться на мадхен Маре-Элизабете Хантц, девице, отчисленной и с отбора и имевшей самую, что ни на есть, подмоченную репутацию. Даже если бы он это сделал, двор не поддержал бы его, а ее попросту сжили бы со свету скрытыми насмешками и намеками.
Но ведь сейчас все было по-другому.
Эта самая Мара-Элизабета Хантц в одиночку сопротивлялась нападению со стороны врага. Не важно, что войска там было всего ничего, важно, что это была самая настоящая победа, в результате которой был пленен король Грихвальда, а Хигсланд получил небывалые преференции.
В честь этой победы малой землице, на которой стоял замок Хантц были присвоены приставка Шато, баронский титул и герб.
