Потому что Малгит сейчас будет очень зол.
Столько ненависти было в глазах опекуна, он скрипнул зубами и уже собирался вылить на нее очередную гадость, но она успела раньше.
— И как будет зол король!"
"А теперь во взгляде Меркеля уже мелькнул страх. Ей стало противно. До дрожи. До тошноты!
— Вы обворовали дом брата!
— Я не воровал, я взял в наследство.
— Наследство вы получите, когда я умру, а я пока что жива! — не выдержала она. — А сейчас убирайтесь! И будьте любезны, вернуть мое приданое!
Меркель шагнул к ней и навис угрожающе.
Однако в следующее же мгновение он круто развернулся и вылетел из садика, так хлопнув калиткой, что та слетела с петель окончательно.
Мара еще продолжала стоять, сжимая кулаки, очнулась только, когда ее окликнул Хиберт:
— Мадхен… Я все слышал. Как вы, мадхен?
— Хорошо, — механически ответила Мара. — Меркель не продаст замок.
— Но и то, что забрал, не вернет, — старый слуга с сожалением покосился в сторону калитки.
А она вдруг почувствовала себя усталой. Разжала кулаки и проговорила вполголоса:
— Посмотрим.
Во всяком случае, у нее остался дом, а с остальным она справится.
* * *Три дня небольшой срок.
Но за это время в королевском замке произошло немало интересного.
На том балу, устроенном почти сразу после охоты, его величество был неразговорчив, моментами даже откровенно страшен и пугал девиц мрачным весельем. Придворные склонны были списать мрачность короля на то, что его беспокоит рана, полученная на охоте. Других версий не было, а если и были, их никто не решался озвучить.
А дальше, на следующее же утро полностью сменилось руководство на королевском отборе. Кое-кто из придворных лишился должности. А кому-то, как матрес Фоурм, пришлось отправиться в пожизненное изгнание. Не помогло даже то, что она когда-то была фрейлиной матушки его величества.
И произошли новые назначения. На место матрес Фоурм смотрительницей была назначена вдова генерала Пасквела. Почтенная матрес Гермиона Пасквел уже почти год проживала в своем имении, но ради такого случая за ней срочно отправили кортеж.
Говорили, что сразу же после приезда дама имела беседу с королем и из кабинета вышла зеленая.
О чем именно его величество предупредил даму, так и осталось неизвестным. Двор затаился в ожидании новых событий. А что касается самого отбора, то король, казалось, совершенно забыл о нем.
Потому что после того бала никаких увеселений не устраивалось. Ни музыкальных вечеров, ни ужинов, ни охоты, ни встреч с кандидатками в гостиной.
