В этом случае никаких прав, как участница и претендентка, девица не получала, но обязана была присутствовать, как компаньонка или сиделка, везде, где его величество пожелает. Такой обычай существовал в Хигсланде, правда, очень давно не использовался. Оказалось, как полезно иногда хорошо знать обычаи своей страны!
Стоило принять это решение, в жизни как будто исправился сбой, все обрело смысл и краски. А потом Родхар начал действовать.
Прежде всего он приказал доставить к себе опекуна этой Мары-Элизабеты Хантц.
А пока приказание исполнялось, погрузился в текущие дела.
Но после этого в душе как будто пошел внутренний отсчет. Чем бы король ни занимался, просматривал документы, которые ему приносили на подпись, фехтовал, просиживал с девицами на ужине или выслушивал лордов, его постоянно подгоняло изнутри нетерпение. Он дождаться не мог, когда же наконец этого Меркеля Хантца притащат из его медвежьего угла.
И вот, наконец, на утро следующего дня его капитан стражи объявил, что майстер Меркель Хантц доставлен.
Родхар находился в кабинете, просматривал отчет по казначейства по податям. В тот момент он испытал мгновенный душевный подъем. Трудно было скрыть реакцию, пришлось прокашляться и переместиться в кресле.
А капитан ждал ответа,
— Пусть войдет, — приказал Родхар.
И начал просматривать очередной лист отчета, поданный секретарем.
* * *С того самого дня, как его племянница внезапно заявилась с отбора домой, Меркель Ханц не знал покоя. Все его четко простроенные планы на будущее разом порушились.
А угроза, которую девчонка бросила ему в лицо, была нешуточной.
Правда, в то, что король самолично запретил Малгиту на ней жениться, он не очень верил. Мара могла и соврать ему назло. Хантц знал упрямый и вздорный характер своей племянницы, это она только с виду казалась тихой и безобидной, а на деле ему не раз приходилось сталкиваться с ее строптивостью.
Вот как сейчас.
Но если сделка не состоится, барон Малгит однозначно затребует назад свои деньги.
А где их взять? Меркель уже спустил большую часть на ремонт и обустройство своего замка. Да и вообще, сама мысль возвращать деньги казалась ему кощунственной. Но подготовиться надо было, потому что с бароном шутки плохи.
Но не из своих же возвращать! Вот он и прошелся по арендаторам покойного брата. Кое-что набрать удалось. Но стоило подумать, что это теперь придется отдать Малгиту за племянницу, у него сердце кровью обливалось.
