— Разберемся, — процедил сквозь зубы король и бросил кубок дежурному.
А потом вскочил в седло, и через минуту уже скакал во главе отряда по дороге к замку.
глава 27
Солнце поднималось высоко, после дождя, прошедшего пару дней назад, кое-где было еще влажно. Теплые испарения прогретой земли, запахи цветов, небо над головой. А в воздухе жужжание пчел, где-то чирикают и посвистывают птицы.
Высоко в небе парил коршун.
Мара засмотрелась вверх и замерла со штопкой в руках. Здесь и сейчас все казалось таким далеким, проблемы отступили.
Жизнь как будто дала передышку.
Ненадолго.
Скрипнула калитка.
— Мадхен Мара.
Встревоженный голос Хиберта.
— А? — она дернулась от неожиданности и нечаянно уколола палец.
Выступила капелька крови, они оба на нее уставились, потом Мара потянула палец в рот и спросила:
— Что?
— Там, — старый слуга замялся. — Движение в лагере.
Словно холодной водой плеснуло за шиворот. Мара выпрямилась и отложила штопку на скамью. Теперь она и сама слышала звон сбруи и конский топот.
Звук приближался. ЭТО приближалось, а время, казалось, замерло."
"Мара медленно выдохнула. Что она может сделать? Здесь, сейчас? Пока ЭТО не настигло ее.
Наконец раздалось требовательное:
— Именем короля! Откройте!
Все. Время кончилось. На какое-то мгновение Мару словно оглушил огромный колокол. Потом она подумала, хорошо, пусть так. И сказала Хиберту:
— Открой.
А сама осталась здесь у розового куста. Последнее прибежище. Ее сад.
* * *По дороге Родхар несся во весь опор, но на подъезде к замку ход сбавил.
Негоже. Он король. Капитан стражи выслал вперед двоих, А Родхар оглядывал замок.
Стены действительно довольно крепкие. В старые времена умели строить. Наверное, оттого что меньше воровали. Неудивительно, что тот деревенский майстер на эти стены позарился. Как, бишь, его, Фредус Кнопхе? Король мысленно расхохотался и тут же скрипнул зубами.
Он готов был сейчас думать о чем угодно, только не о той девушке с серебристыми волосами, которая была скрыта от него стенами этого замка.
А в груди горело огнем. И что-то такое дрожало нетерпением в душе, как будто он все эти дни умирал от жажды.
Довольно! Приказал себе король. И осмотрелся.
А нетерпение росло. И вместе с ним росла и злость. Хорошо, что нет никаких рвов, мелькнула мысль, не придется штурмовать замок.
Вот наконец ворота стали открываться. И тут нетерпение достигло предела, у него даже на миг потемнело в глазах, а сердце неистово заколотилось и подскочило к горлу.
