Он думал о Белой, думал о Хайде, думал о Саре. Прошлое и настоящее, память и чувства текли одновременно и никак не желали пересекаться.
Возможно, в человеке по имени «я» что-то искажено, перекручено и неправильно, думал он. Возможно, как и сказала Белая, под моим «внешним» лицом таится другое, какого не увидеть и в страшном сне. Нечто вроде обратной стороны Луны, которая всегда в темноте.
«Так, может, на какой-то другой ветке Времени я действительно изнасиловал Белую – жестоко, по-звериному и окончательно угробил ее бедную психику? И тогда же, из той темноты показал ей свое второе лицо?»
Тут Цкуру сообразил, что собирается перейти улицу на красный свет – услышал визг тормозов и ругань разъяренного таксиста.
Вернувшись домой, он переоделся в пижаму, забрался в постель, поставил будильник на двенадцать, выключил свет. И тут ощутил, что его член вдруг очнулся и рвется в бой. Просто каменный лингам, а не живой человеческий орган. До сих пор Цкуру даже не представлял, что такое вообще возможно.
Вот же усмешка судьбы… Он горько вздохнул в темноте. Слез с кровати, зажег свет, взял с полки бутылку «Катти Сарк», налил виски в стакан, раскрыл наугад какую-то книгу…
Во втором часу ночи за окном хлынул дождь. Поднялся штормовой ветер, и тяжелые косые капли забарабанили по стеклам снаружи, пахнуло сыростью.
Итак, якобы именно в этой квартире я надругался над Белой, подумал он вдруг. Подпоил ее саке с каким-то зельем, а потом раздел и зверски изнасиловал.
А она оказалась девственницей. Адская боль, жуткое кровотечение. Дикий случай, изменивший ему полжизни.
Слушая, как стучат капли по стеклу, он вдруг ощутил вокруг странную, непривычную пустоту. Как будто квартира его была живым существом со своими волей и сознанием. И в ее стенах Цкуру уже не мог разобрать, где настоящая правда, где нет. Согласно одной правде, он и пальцем не тронул Белую. Согласно другой – жестоко над ней надругался.
Чем дольше он размышлял, в какой из двух правд ему следует находиться, тем хуже что-либо понимал. И заснуть сумел только в половине третьего.
13
По выходным Цкуру ходил в бассейн неподалеку от дома, всего в десяти минутах езды на велосипеде. Там он плавал кролем в строго определенном режиме: полторы тысячи метров за тридцать две или тридцать три минуты. Всех, кто быстрее, пропускал вперед. Плавать с кем-то наперегонки – не в его характере.
