Но тогда бы он остался без Лады. А он нуждался в ее обществе.
Лада ждала его. Улыбнулась, когда он сел рядом. Улыбка у нее светлая, добрая, ласковая. Уже в который раз Родион ощутил прилив нежности.
– Мы едем домой? – спросила она.
– Домой, – кивнул он. – Сначала к тебе.
Лада очень хотела повидаться с родителями. Но, похоже, ей очень не хотелось оставаться без него. Привязалась она к нему, привыкла. От одной этой мысли светлело на душе.
– У тебя здесь мама? – робко спросила она.
– Мама, – кивнул Родион.
И тут до него дошло.
Лада хочет познакомиться с его родителями. Нет, не так. Она хочет, чтобы он познакомил ее со своей мамой.
В голову вдруг полезли мрачные мысли. Когда-то он знакомил с мамой Киру. Не так уж давно это было. Кира стала его женой. А потом… Он не простит себе, если то же самое случится с Ладой.
– Ты остановишься у нее?
– У меня свой дом.
Дом, в котором он жил с Кирой. Дом, в который он потом привел Элону. Еще немного, и настроение испортится окончательно.
– Только я поеду к маме, – продолжал он.
– По Эдику страшно соскучился. Я тебя познакомлю с сыном. И с моей мамой. Хочешь?
– Хочу, – ярко улыбнулась она.
– А сегодня… Нет, завтра, я приглашаю тебя в ресторан.
Казалось бы, в этом нет ничего необычного. Но как раз наоборот, в этой фразе был заключен великий смысл.
Лада уже оправилась от потрясения. Стала такой, как прежде. Уже не обязательно вести себя с ней, как с маленькой девочкой. За ней можно ухаживать. И не стоит больше сдерживать чувства. Он любит ее. И она может ответить ему взаимностью.
– Я согласна, – мило улыбнулась она.
Да, похоже, эта девчонка будет принадлежать ему. Сердце радостно забилось в груди.
* * *Нефтяные боссы собрались в малом зале «Заволжья». Все пытаются держать марку. Но далеко не у всех получается. Волнуются, переживают, опасаются за целостность собственной шкуры. Родион навис над ними, как дамоклов меч.
– Ну что, господа присяжные заседатели, – мрачно усмехнулся он. – Лед тронулся. Вам не кажется?
Ответом послужило гробовое молчание.
Неужели деляги думают о гробах?
– Я понимаю, все хотят жить, – продолжал Родион. – И жить хорошо. Начиная с меня. Каждый крутится как может. Я кручусь. Вы крутитесь – это ваше право. Я не прокурор, за левые дела спрашивать не буду… Хотя нет, я как раз-то и прокурор. Договор дороже денег – есть такое? Есть. Был договор – вы отстегиваете процент, а мы решаем кое-какие проблемы. Только не соблюдается договор. Темните вы, господа. Свои дела без меня делаете.
