Бесконечность

Можно было бы попытаться вытянуть из Роско историю моей жизни, ничего ему не объяснив, но он был моим лучшим другом, и мы дали слово никогда не лгать друг другу. С другой стороны, я не был уверен в том, что врач поверит в невидимые миры с такой же готовностью, как и священник. Мне нужно было каким-то способом доказать ему то, что происходящее со мной было правдой.

– Где я должен был быть прямо сейчас? – наконец спросил я.

– Что ты имеешь в виду?

– Если бы я не был здесь, в клинике, вместе с тобой, где бы ты ожидал меня найти?

– Не знаю.

Наверное, у себя на работе.

Перегнувшись через стол, я взял телефон и протянул его Роско:

– Позвони мне на работу. Попроси, чтобы меня позвали.

– Пожалуйста, Роско, сделай, как я говорю.

С недоуменным выражением Роско нажал кнопки, набирая номер, и переключил телефон на громкоговорящую связь. Раздались гудки, затем ответил женский голос:

– Жилищное управление Чикаго.

– Дана, это Роско Тейт, – произнес Роско тем же самым грудным голосом.

– О, здравствуйте, доктор Тейт.

Вы хотите поговорить с Диланом?

– Да. Вы не знаете, где он?

– Конечно, он говорит по другому телефону. Передать ему, что вы звоните?

Роско долго не говорил ни слова. Он пристально смотрел на меня, наморщив лоб, словно математик, столкнувшийся с неразрешимой задачей. Роско молчал так долго, что женщина на противоположном конце наконец заговорила снова:

– Доктор Тейт, вы меня слышите? Вы хотите, чтобы я позвала Дилана?

Роско не отрывал взгляда от меня.

– Дана, вы хотите сказать, что Дилан в кабинете вместе с вами? Вы в этом уверены?

– Я вижу его прямо перед собой, – ответила женщина.

 – Он только что закончил говорить по телефону. Передать ему трубку?

Прошло несколько секунд. Затем мы оба услышали на том конце мой голос. Ошибиться было невозможно.

– Роско, дружище, привет!

– Здравствуй, Дилан, – побормотал Роско. Он открыл было рот, но остановился, не зная, что сказать.

– В чем дело, док? Я могу тебе чем-то помочь?

Роско поставил локти на стол и опустил подбородок на сплетенные руки.

Наши лица оказались меньше чем в футе друг от друга. По лицу Роско было понятно, что он не считает происходящее розыгрышем или первоапрельской шуткой. Его взгляд был совершенно серьезный, как и мой. Он заговорил в телефон, при этом глядя мне в лицо.

Я понял, что он обращается к нам обоим.

– Слушай, у меня к тебе странный вопрос, – сказал Роско. – Это всплыло в связи с одной пациенткой, которая была у меня сегодня, и я подумал, что ты, может быть, вспомнишь.