Бесконечность

В нашу квартиру, где я хранил все свои воспоминания о Карли. Я вот уже несколько дней избегал этой квартиры, но этот другой Дилан завлекал меня туда. Прошло всего несколько минут. Еще даже не начало светать. Если я поспешу, возможно, мне удастся припереть его к стенке, прежде чем он успеет сбежать.

Я направился к двери, но Тай окликнула меня:

– Секс. Что это было для тебя?

– Тай, я хотел бы тебе ответить, но…

– Ты ничего не помнишь. Конечно. Хорошо. – Она говорила цинично, зло, и я не мог ее винить.

– Расскажи, что это было для тебя, – спросил я, понимая, что она ждет этого вопроса.

– Это оказалось совсем не то, чего я ожидала.

– Что ты хочешь сказать?

Она сильнее натянула простыню на плечи, прикрывая даже намеки на обнаженное тело.

– Ты не был нежным, на что я надеялась. Ты был такой грубый, такой… даже не знаю… такой жестокий. Если честно, были мгновения, когда мне казалось, что на самом деле это не ты.

Он знал, что я иду. Он чувствовал меня. Я был в этом уверен.

Прилегающий к Ривер-Парку район был погружен в темноту, и лишь редкие фонари отбрасывали желтое сияние на землю.

Такси высадило меня на углу. Я подождал, когда оно уедет, и огляделся по сторонам, убеждаясь в том, что я здесь один. Я двинулся по тротуару вдоль парка, всматриваясь в заросли и пустые скамейки.

Если я искал его, он также искал меня.

Где-то через полквартала я остановился под раскидистым деревом, чьи ветви свисали чуть ли не до моего лица. Отсюда мне был виден мой дом. Здесь я жил с тех пор, как мне исполнилось тринадцать лет.

Здание было двухэтажное, из бурого кирпича, внешне напоминающее шахматную ладью. Наверху, где жил Эдгар, на улицу выходило одно большое окно. Такое же окно было внизу, где жили мы с Карли. Света нигде не было видно, однако я оставался на месте, высматривая какое-либо движение.

Утро выдалось промозглым, с реки, протекающей в нескольких сотнях футов позади меня, веяло сырым зловонием. Пробуждающиеся птицы начинали свое пение. Белые клочки тополиного пуха кое-где еще цеплялись за траву, через несколько недель после того, как упали.

Я находился недалеко от детской площадки, и когда налетали порывы ветра, слышался стон старых ржавых качелей. По обеим сторонам вдоль дороги застыли машины, но людей не было видно.

Я постоянно оглядывался назад, ожидая, что он подкрадется ко мне сзади, двигаясь бесшумно. Я пытался прочувствовать безумие сложившейся ситуации, прислушаться к своим чувствам и посмотреть на мир его глазами.