Даже статью хочу написать о классическом случае несовместимости, - в эмоциональном запале проговорилась Огородникова.
- То есть... Беременность не от супруга? - догадалась Валерия Петровна.
- Семья в стадии развода, - развела руками Ольга Михайловна. - При этом огромное желание стать матерью.
Начмед взяла паузу. Похоже, обдумывала ситуацию. На душе у Ольги Михайловны отлегло: кажется, сменила гнев на милость.
- И кто отец ребенка? - вдруг спросила она и снова нахмурилась.
- Отец ребенка знает о беременности?
- Ну... понимаете... - доктор даже растерялась от неожиданного вопроса. - Я посчитала неуместным уточнять такие подробности. Главное - сохранить беременность. К концу недели планирую выписать Проскурину.
- Н-да... Нравы. Стоит ли удивляться... Снова пойдет строчить пасквили в свою газетенку? - язвительно хмыкнула начмед."
"- Зачем вы так? Екатерина Проскурина - известная журналистка, с именем.
Ее знают и уважают. Читатели любят. Но на сегодняшний день самое важное для нее - ребенок.
- Ребенок... Как же! Для таких, как она, нет ничего святого, - не скрывая презрения, фыркнула Валерия Петровна. - И беременеют непонятно от кого. Уж лучше бы сразу шли в проститутки, совместили первую древнейшую профессию со второй. Как лить грязь в статейках о медицине - так пожалуйста! Это мы умеем, это мы с радостью. А чуть что случилось - сразу к докторам: караул, помогите! Вы, Ольга Михайловна, лучше бы подумали о своей репутации.
Не зря говорят: скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты.
Огородникова подняла удивленный взгляд на начальницу. Какой бы стервой ни была Лежнивец, прежде она не позволяла себе давать вслух личностных оценок. А здесь, как ни крути, перед ней коллега. Пусть и ниже рангом. В этом деле явно замешано что-то личное. Конечно же, причина не в импортных препаратах.
Нечто более важное выбило ее из равновесия.
«Да пошла ты! - разозлилась Ольга. - Я должна тебя спрашивать, с кем дружить, а с кем нет? Сама больше года обхаживает любовницу важного чинуши, устраивает ее периодически в наше отделение. А уж какие лекарства ей назначает! Да сколько можно терпеть! Ни выходных, ни проходных. Две недели отпуска просила - дала одну. Вторую - даже за свой счет! - не подписала. Мол, работать некому.
