Я облегчённо выдохнул. Всего лишь отравление.
Погодите-ка!
Какая к чёрту колбаса⁉ Аэлари же вегетарианцы!
— Старина, я вернулся, чтобы заменить тебя на вахте. Теперь твой черёд зачищать периметр на острове. Отправляйся как можно скорее. Шлюпка пришвартована у борта шхуны.
Не стал ждать ответа и метнулся к златокожей красавице. Она корчилась, вцепившись в живот руками. Глаза закатывались, губы бледнели. Выглядела так, будто ещё секунда — и потеряет сознание.
Юаньжу сидела на коленях рядом, сжимая пробирку с мутной бурой жидкостью.
Рука её дрожала, но лицо оставалось сосредоточенным."
"— Интоксикация, сильная! — бросила она, даже не глядя на меня. — Мои лекарства лишь навредили. Анатомия и особенности организма аэлари вне моей компетенции.
Плевать, справимся.
Отломил дольку астэрии, поднёс к её губам и помог проглотить. Горло Калиэсты дрогнуло, пальцы судорожно сжались, но она справилась.
Как и следовало ожидать, эффект оказался практически мгновенным. Всё же отравление — это не отрубленная конечность.
Её дыхание выровнялось, на лице проявилась лёгкая улыбка. Калиэста медленно села, прислонившись ко мне плечом.
— М-м, какой изысканный вкус… — прошептала она.
По телу пробежала дрожь. Уже и забыл, что её голос бьёт током. Отломил ещё кусок, остальное приберёг на будущее.
— Держи. Это целебный фрукт. Расскажешь, что с тобой случилось?
Если мои догадки были верны, сейчас её устами будет говорить Луи, который, кажется, всем здесь по мозгам прошёлся.
— Даже не знаю. Позволь поинтересоваться, сколько времени я была без сознания? Прошли месяца, года? Ты так изменился, Макс.
Стал таким… крупным и…
— Кхм-кхм, — перебил я красавицу. — Всего лишь несколько часов. Понимаешь, в трюме плохое освещение, видимо, тебе показалось.
Калиэста смутилась и отвела взгляд. Почувствовала, что я раздражён и взволнован.
— Я жду твой рассказ!
— Может, не стоит? Боюсь, это приведёт к драматичным последствиям.
Вонзился в неё взглядом.
Тяжело вздохнув, прелестница выложила все подробности.
…
Ну Луи!
Ну сволочь!
Хотел напоить эту непорочную девушку и обесчестить⁉
Ноги несли меня на верхнюю палубу. Разбежавшись в несколько широких шагов, впечатал ботинок в дверь капитанской каюты.
ХРУСТЬ!
Дерево треснуло, щепки посыпались, и я влетел внутрь, как буря.
Лежит вампир, спит средь бела дня. Мерзкие зенки его раскрылись, и мы оба поняли, что будет дальше. Он медленно сел, прижавшись спиной к стене, как загнанная крыса, и вскинул руки ладонями вперёд.
