Резкий стук в дверь разорвал кокон нашего уединения. Три чётких удара — фирменный почерк Ганса. Он приоткрыл створку ровно настолько, чтобы просунуть голову:
— Капитан, земля на горизонте.
Я кивнул и тяжело поднялся, чувствуя, как затекли ноги.
— Побудь с ней, — тихо попросил Ганса.
Кузнец молча занял моё место, неловко положив мозолистую ладонь на плечо аэлари.
Выйдя на палубу, я жадно вдохнул солёный воздух. Внутри каюты время остановилось, здесь же оно мчалось вперёд. Экипаж суетился, готовясь к высадке.
Выжившие сбились в группы, возбуждённо переговариваясь.
Достал из-за пояса подзорную трубу и прильнул глазом. Остров медленно выплывал из туманной дымки. Громадный и величественный, он заставлял все предыдущие клочки суши, которые мы видели, выглядеть жалкими камешками по сравнению с этой твердыней. Береговая линия, изрезанная бухтами и мысами, уходила за горизонт. В центре вздымались гряды холмов, покрытых тёмно-зелёным лесом. По навигационной карте его диаметр составлял около семидесяти километров.
Мы бросили якорь на безопасном расстоянии. Команда спустила шлюпки на воду. В этот раз решили не разделяться. Все бойцы и ремесленники отправились вместе.
Луи, нашего должника, тоже взяли с собой. Многие считали, что на суше у него появится шанс добыть осколки и расплатиться. Его лицо представляло собой карту боли — синяки всех цветов радуги, рассечённая бровь, опухший нос. Жалкое зрелище. Градоначальник превратился в безвольную тень. Он покорно кивал на любое указание, даже не пытаясь возражать или сохранить остатки достоинства.
Вёсла ритмично погружались в воду. Каждый гребок приближал нас к новой главе нашей саги выживания. Никто не разговаривал. Все взгляды были прикованы к берегу, который становился всё отчётливее.
Когда шлюпки с шорохом врезались в песок, я первым спрыгнул в воду, чувствуя, как холодные волны обнимают голени. За мной последовали остальные. Собрав вокруг себя соратников, я быстро раздал указания:
— Густаво и Такеши, разведайте берег по обе стороны на километр.
Не рискуйте без необходимости. Ремесленники, найдите подходящее место для временного лагеря. Поторопитесь. Скоро сумерки.
Отряд рассыпался, выполняя приказы. Оставшиеся бойцы охраняли ремесленников, которые оценивающе разглядывали прибрежную полосу и кромку леса.
Не прошло и пяти минут, как тишину разорвал дикий вопль. Утробный, нечеловеческий крик, от которого стало не по себе. Такеши. Якудза нечасто повышал голос.
