Мелкий, тощий, едва ли на голову всего меня выше, а подружек, если ему верить, конечно, только в этом году поменял больше дюжины. От его похабных рассказов у меня порой уши в трубочки скручиваются. Неужели девчонкам мордашка смазливая — главное? Линг ведь сам со своими кудряшками, голубыми глазами и губками бантиком на какую-то девку похож.
Зато лучник от бога. Если Айку опять-таки верить. Как стреляет не видел ещё, но лук, что он утром как раз натянул, очень здорово смотрится. Сразу видно — добротная вещь. Как и пара метательных топоров, что у Линга на поясе.
Мелкий даже копья не несёт.
Впрочем, с этим у нас и так ладно всё. И у Айка короткое с продолговатым вытянутым наконечником — дротик, сказал, называется — и у бритоголовых братьев по длинному — тоже вроде швыряют их ловко. Айк при луке, что, хоть и выглядит проще, чем дорогое оружие Линга, но значительно больше зато. Здоровяки же на спинах с мешками несут арбалеты. Огромные — жуть. У Клеща и то меньше был.
* * *Ближе к вечеру, не дойдя до посёлка навскидку вёрст пять, мы свернули с дороги.
Встреча с кем-то из наших — про себя я по-прежнему называл деревенских своими — в мои планы никак не входила. Ночевать в лесу даже впятером — дело, как ни крути, опасное, так что место я выбрал такое, чтобы с одной стороны и не рядом с посёлком, а с другой и не слишком уж далеко от него. Тут всё-таки зверя поменьше. Должно обойтись.
Обошлось. За ночь к нашему костру, что стоявший на страже в свою смену подкармливал сучьями, так никто и не осмелился выйти.
Пять — хорошее число для отряда. Каждый выспался. Утром перекусили по-быстрому — и сразу к болоту. Дальше двинем вдоль берега топи, чтобы снова же ни на кого не наткнуться.
Иду первым. В отряде за главного Айк, но я проводник. Разговоры все стихли. Рассветный туман самый плотный. Тревожно. Переживаю, что в молоке пропущу место, где спрятаны мои ползанки. Ну, не мои в смысле, а те, что охотники из Могучей кучки наделали. Их там как раз пять штук — на всех хватит.
Ну всё. Узнаю места.
Здесь бывал уже. Минут двадцать — и из тумана впереди вырастает та самая старая ива, что несколько лет назад рухнула, когда берег расквасился, и лежачей уже так вьюном обросла, что на домик зелёный похожа. Под ней, с того края, что ближе к трясине, и спрятаны лодки.
— Пришли. Теперь дальше на пузе."
"Сворачиваю за вывернутым корневищем направо…
— Кто же так прячет? Натоптали, словно стадо баранов.
Вот йок! Вся округа усеяна отпечатками ног. Не бараньих копыт.
