Жалкий недалекий беспризорник. Да что ты возомнил о себе?! Неужели ты реально поверил в то, что мы можем встречаться? Что я смогу без стыда познакомить тебя с друзьями и родителями?! Чем ты вообще зарабатываешь на жизнь? Толкаешь наркоту таким же ублюдкам, как сам? А строишь из себя важную шишку! Ты никто, ничто! Платон Самойлов, я предлагала тебе зарыть топор войны…Получить друг от друга то, чего оба хотим. Но тебе мало секса со мной. Хочешь отхватить богатую фифу в девушки, чтоб тешить свое самолюбие. Хвастать нашими отношениями перед такими же отбросами, как сам.
Попивая дешевое пиво в кабаке рассуждать о великом. О том, что твоя никчемная жизнь удачно сложилась! Нашлась дура, которая согласилась тебя развлекать и выгуливать по элитным тусовкам. Говори, этого ты хочешь?! — я разгневанно кричала до срыва голоса. Бесячий мужик слушал мой монолог молча, прищурив ядовитые глаза и наклонив голову вбок. Челка совсем упала ему на поллица. Из завесы черных волос его изумрудный взгляд метал ядовитые иглы.
Он отпружинил от стены.
Подошел ко мне сбоку. Посмотрел презрительно и уничтожающе.
Возле самого уха он произнес совсем тихо
— Нет, Лили. Я хотел тебя любить. Баловать и ласкать. Уважать и доверять. Носить на руках и восхищаться тобой, как своей маленькой принцессой, — он чуть откашлялся. Разогнулся и добавил громким голосом с наигранной веселостью, — Но ты права. Мы слишком разные. Ты настолько тупая шлюха, озабоченная деньгами и мнимым статусом, что тебя надо только наказывать.
Перевоспитывать и менять. Иначе ты сгинешь. Захлебнешься от своей змеиной желчи и алчной жажды денег.
Ох, Лили, лучше б ты заткнулась и молчала. А так, лишь нарвалась на большие проблемы. Я тебе не прощу твой снобизм и раздутое эго. Проваливай нахер. Я сам тебя найду, когда посчитаю нужным.
С последними словами он развернул мои плечи и начал грубо толкать обратно к двери в амбар.
— Ты конченная мразь, Самойлов! Я к тебе под страхом смерти больше не подойду…
— Кажется, я уже это слышал.
Лили, пора выполнять свои обещания. Переставай таскать свою жопу ко мне и предлагать себя отыметь. Я бесплатно шлюх не трахаю. Совесть не позволяет. А ты настолько прожженная алчная стерва, что никак цену за свои вялые потрепанные услуги не сложишь. Давай, говорю, пошла на хер, — он засмеялся мне в спину и таки втолкнул меня ошарашенную и униженную в дверь. Резко захлопнул ее.
Я сжала в лютой ненависти кулаки. Хотелось убить Самойлова.
