Бессердечный повеса

Уинтерборн кинул несколько неразборчивых фраз на валлийском, а потом проговорил по-английски:

– У меня сломана нога.

Сыпля проклятиями, Девон раскидал в стороны обломки и обнаружил, оторванный от оконной решётки, медный прут. Он переполз через другое сиденье и потянулся вверх к запертой боковой двери, которая в данный момент располагалась со стороны течения. Задыхаясь от усилий, Девон использовал медный прут в качестве импровизированного лома, чтобы вскрыть дверь. Диагональный наклон вагона затруднял работу. А вода всё это время, не переставая прибывать, уже доходила до колен.

Когда защёлка поддалась, Девон толкнул дверь, она распахнулась и ударилась о внешнюю стенку вагона.

Высунув голову наружу, он прикинул расстояние до берега. По всей видимости, уровень воды не должен быть выше его бёдер.

Главная проблема заключалась в жутком холоде, который очень быстро их прикончит. Они не могли позволить себе дожидаться помощи на месте.

Закашлявшись от задымлённого воздуха, Девон вернулся в вагон. Он обнаружил Уинтерборна вытаскивающего осколки стекла из волос.

– Я вытащу тебя наружу и доставлю на берег, – сказал Девон.

– Ты сам как? – спросил Уинтерборн на удивление ясным голосом для человека, который только что потерял зрение и сломал ногу.

– Как далеко до суши?

– А течение? Насколько оно сильное?

– Это не имеет значения, чёрт подери! Мы не можем здесь оставаться.

– Без меня твои шансы намного выше, – последовало спокойное замечание.

Ответа не последовало. Он понял, что Уинтерборн изо всех сил старается не потерять сознание.

С каждым мучительным вдохом Девон чувствовал, как приступы боли в груди постепенно усиливаются и превращаются в непрерывную агонию. Мышцы свело и конвульсивно подёргивало.

Какое неудачное стечение обстоятельств: река, холод, ранения Уинтерборна, а теперь ещё эта адская боль. Но другого выхода не было, они не должны останавливаться.

Стиснув зубы, ему удалось вытащить Уинтерборна из вагона.

Вцепившись в него, Девон пытался найти точку опоры, погрузив ноги в вязкое речное дно. Вода оказалась выше, чем он предполагал, и доходила ему до пояса.

На мгновение холод парализовал Девона. Он сосредоточился на том, чтобы заставить шевелиться свои скованные мышцы.

– Уинтерборн, – процедил он сквозь зубы, – тут недалеко. Мы справимся.

В ответ друг коротко выругался, вызвав у Девона мимолётную ухмылку.