Онлайн-библиотека книг
Затем мы направляемся к двери-ловушке в потолке, открываем ее, и я снова пробираюсь через нее. Я чувствую призрак его рук на своей спине, прежде чем забраться в стеклянный ящик. Китт быстро следует за мной, и мы выходим на пустую арену.
— Как именно мы планируем добраться до Лута? — спрашиваю я, поднимая брови.
— Поскольку конюхи не должны знать, что мы в буквальном смысле слова уезжаем в закат, — улыбается Китт, — мы направляемся на поле рядом с Чашей, где днем пасутся многие лошади.
Мы выходим с арены по одному из многочисленных бетонных туннелей, зловещих даже в отсутствие кричащих зрителей.
Навстречу нам скачет красивая белая лошадь, которая тоже с нетерпением ждет, когда же мы уедем из этого забытого Чумой места. Я прочищаю горло и сглатываю свою гордость, прежде чем пробормотать: — Я не умею ездить верхом.
— Тогда держись крепче, — с ухмылкой отвечает Китт, его глаза ненадолго встречаются с моими.
Без седла Китт помогает мне забраться на лошадь, а затем грациозно садится сам. Я не знаю, куда деть руки, чувствуя себя неловко, прижавшись грудью к его спине.
Он поворачивает голову и смотрит на меня, его золотистые волосы сверкают в лучах солнца. — Ты уверена, что сможешь увести меня?
— Пожалуйста, — говорю я, — я воровка. Воровать — это то, что у меня получается лучше всего.
* * *
Китт не перестает кашлять с тех пор, как мы прибыли в Лут.
— Чума, как же здесь воняет.
"Я фыркаю, наблюдая за тем, как он осматривает свое новое окружение, все еще пытаясь осознать все это. Его взгляд пробегает по разбитым торговым телегам, разбросанным по Луту, все они украшены выцветшими знаменами или порванными вывесками. Он рассматривает разваливающиеся здания и магазины на широкой улице, наблюдая за тем, как его люди заходят и выходят из них.
Он поворачивает голову в сторону каждого крика, слушая, как один мужчина рекламирует свежий улов рыбы, а другой громко торгуется с женщиной о цене ткани.
Я поднимаю руку и натягиваю кепку на голове Китта.
