— Вот скажи мне, какого это — влюбиться? Какие симптомы?
Кули даже присвистнул.
— Ну, милая, скажешь тоже. Симптомы. Любовь — это дар, а не болезнь.
— Симптомы, Глеб, — настаивала я.
— Для женщины твоего возраста вопрос…э-э… мягко говоря, неожиданный.
Я пожала плечам, не собираясь оправдываться.
— Пусть так. Ты мне ответишь?"
"— Ладно, — обычно такой разговорчивый кок задумался, пытаясь подобрать слова. — Говорю только за себя, — предупредил он, — как это у других, судить не берусь, я кивнула, соглашаясь.
— Когда ты в кого-то влюбляешься, тебе хочется все время находиться рядом с этим человеком, касаться его, если нет возможности касаться, то хотя бы видеть. Ты, вроде бы, и не специально, но постоянно ищешь его глазами, заходя в помещение, в толпе. А еще ты ведешь себя при нем иначе. Тебе хочется смеяться в его присутствии, а порой наоборот, беспричинно язвить. Ну как? Я тебе помог?
Я молчала. Симптомы на лицо, диагноз неутешительный. Лечение — выстрел в голову.
— Морган, — снова окликнул меня Кули, вырывая из потока мрачных мыслей. — Ты, правда, никого раньше не любила? — он сказал это таким тоном, будто я только что призналась в инвалидности, и ему меня чертовски жаль.
— Я и сейчас никого не люблю, — отмахнулась я. — Я просто спросила.
Кок подарил мне долгий взгляд.
— Спросила она, — фыркнул он, ни на миг не поверив.
Я спрыгнула с высокого стула.
— Спасибо за информацию, обязательно учту, когда в кого-нибудь влюблюсь, — заявила бодро, собираясь сбежать от дальнейших разговоров.
Кули не стал меня останавливать, только проводил все тем же задумчивым взглядом, и я услышала уже в спину:
— Еще не забудь учесть, что жизнь одна.
16
Эту ночь я спала, как младенец. Разговор с Кули для меня многое прояснил, и хотя сначала сделанные выводы напугали, потом они же меня и успокоили.
Стоит признать очевидное: я начала влюбляться в Тайлера, а может, даже уже влюбилась. Глупо и скверно. Но если посмотреть на это с другой стороны, то что такое влюбленность, помимо симптомов, названных коком? Это всего лишь гормоны, а любые реакции организма на тот или иной раздражитель временны.
Поэтому я решила вести себя как ни в чем не бывало, надеясь, что это необычное помутнение рассудка в скором времени меня отпустит само по себе.
К тому же, все было бы в тысячу раз хуже, будь у Александра ко мне ответные чувства. Но я была уверена в обратном.
