Может, мне тоже стоило впасть в апатию после известия о смерти моего брата? Но почему-то я понесся вызволять этих дураков, разбалованных Александром, доказывать, что никакого дезертирства не было, и все что, совершила команда «Прометея» было по моему приказу. Потом занялся тобой, выдернул моего лучшего врача, поскандалил с кучей должностных лиц. Если думаешь, мне привычна роль героя-освободителя или она мне нравится, то глубоко заблуждаешься. Поэтому я хочу, чтобы сейчас ты послушала меня очень внимательно, — он потянулся и взял кипу бумаг с дальнего угла стола.
— Это, — первый лист лег на столешницу ближе ко мне, — документ, подписанный Советом ОФЗ, в котором говорится о некой Миранде Морган, которая официально признана «предателем Родины». Это, — второй листок, — приказ о запрете все той же Миранде Морган когда бы то ни было ступать на территорию планеты Земля. Это, — новая бумага, — отказ от претензий в случае, если лондорский суд приговорит тебя к казни, между прочим, подписанный генералом Морганом, — глаза Рикардо блеснули.
— Продолжать?
Я пожала плечами:
— Если вам нравится тыкать меня носом во все это, то не отказывайте себе в удовольствии.
Рикардо мои слова проигнорировал. Продолжил:
— Всем этим, — он ткнул пальцем с идеальным маникюром в толстую кипу бумаг, — я только хочу продемонстрировать, что между смертным приговором по статье «Преступление против человечества» и тобой, стою только я.
Его глаза впились в мои. Что он искал там? Страх? Слабину? Не знаю, я ответила прямым взглядом.
Страха я определенно не испытывала, ни перед ним, ни перед смертью.
— Ну так отойдите, — произнесла я в наступившей тишине.
Рикардо фыркнул:
— Я всегда там, где мне нравится быть.
В этом я почему-то и не сомневалась. Самоуверенный тип, каких поискать. Видимо, у Тайлеров это семейное.
— Предисловий достаточно, — тон Рикардо резко посерьезнел, и он чуть склонился вперед над столешницей, сокращая между нами дистанцию. — У меня есть к вам деловое предложение. Скажите, что вы слышали обо мне раньше?
Такого вопроса я не ожидала.
Впрочем, терять мне было нечего.
— То, что вы наглый самоуверенный сукин сын? — выпалила я то, что на самом деле думала.
Рикардо изогнул бровь (тоже явно семейный жест), потом в его взгляде мелькнуло понимание, и он досадливо отмахнулся:
— Нет, до нашей личной встречи. До «Прометея». До этого.
Я пожала плечами:
— Ничего. «Президент Лондора Рикардо Тайлер» — только в такой формулировке и ничего конкретного.
