Без царя в голове

И все же я предприняла еще одну попытку поговорить:

— Евгений Владимирович, вы не могли бы уделить мне пару минут?

— Чего? А, вы… — словно только сейчас меня увидев, произнес Миронов, на мгновение замерев, а затем вновь впав в озлобленное состояние. — Богом прошу, исчезните, не до ваших обвинений сейчас. Завтра приходите, может быть, и поговорим… Нет, ну какая скотина! Презренный клоп, возомнил себя…

Дальше обо мне вновь забыли, и я, последовав данному мне совету, быстренько встала и исчезла из поля зрения директора.

Разговор, к сожалению, не получился.

В соседней комнате на тот момент тоже никого не было — секретарша успела сбежать. Я встала возле закрытой двери, надеясь услышать что-то интересное в выкриках разъяренного директора, и мои надежды оправдались.

Прокричав в адрес сына все, что было можно, Миронов на пару минут затих, потом бросил в стену что-то стеклянное, так как послышался звон, и переключился на жену:

— Сука, так вот зачем ей денежки понадобились: чтоб это отродье наркотой снабжать! Знала ведь, лахудра, прекрасно знала, что обоих выкину из дома.

Стерва проклятая…

Затем послышались шаги, и я, испугавшись, что директор сейчас выскочит из кабинета и наткнется на меня, быстро направилась к выходу. За моей спиной и правда раздался скрип, но я в это время уже спокойно проследовала в коридор.

Оказавшись в машине, я закурила и принялась анализировать состоявшуюся встречу.

Итак, Евгений Владимирович Миронов о снимках ничего не знал, иначе он бы не стал так беситься, краснеть и бледнеть при их созерцании.

Не подозревал он и о том, что его сын увлекается наркотиками и периодически обкуривается ими так, что устраивает безобразные представления. Стало быть, к снимкам он никакого отношения не имеет и мог накатывать на бухгалтера только по поводу бумаг. Значит, и фотограф ему не известен. Это первое.

Второе — отношения босса «Союзинторга» с собственной женой. Насколько я могу судить, они не слишком уж хороши. Оксана Владимировна знала о проделках сынка, но тщательно скрывала их от мужа, то и дело беря у него деньги якобы на что — то для себя.

Вполне возможно, что супруги давно уже не ладят и ничем друг с другом не делятся.

Из всего этого выходило, что сынок больше доверял матери, а значит, убийство жены Чиликова и фотографа Федора они могли обстряпать и без Миронова-старшего.

Можно, правда, предположить и другую версию: Миронов знал о существовании снимков, но не догадывался о том, что именно на них запечатлено.